Подвижность в пожилом возрасте оказалась важнее генов долголетия у женщин

«Приключения желтого чемоданчика» / Киностудия имени Горького, 1970

Американские ученые пришли к выводу, что уровень физической активности и суммарная длительность сидячего времяпровождения влияют на продолжительность жизни больше, чем генетические варианты, связанные с долгожительством. Исследование с участием почти 5,5 тысячи пожилых женщин продолжалось больше шести лет. Отчет о нем опубликован в Journal of Aging and Physical Activity.

На продолжительность жизни влияют и наследственность, и факторы окружающей среды, в том числе образ жизни. С одной стороны, благодаря полногеномным поискам ассоциаций (GWAS) к настоящему времени известен целый набор однонуклеотидных полиморфизмов (SNP), связанных с долголетием. С другой — метаанализы показали, что физические нагрузки умеренной и высокой интенсивности в пожилом возрасте значительно снижают смертность, а замеренная акселерометром малоподвижность повышает ее. При этом вопрос о взаимовлиянии генетических факторов и физической активности оставался открытым.

Чтобы ответить на него, сотрудники Калифорнийского университета в Сан-Диего с коллегами из других американских научных центров под руководством Аладдина Шадъяба (Aladdin Shadyab) проанализировали данные масштабного мультицентрового проспективного исследования OPACH (Objective Physical Activity and Cardiovascular Health, объективная оценка физической активности и сердечно-сосудистого здоровья). В итоговую выборку вошли 5446 женщин в возрасте 63 лет и старше, которых включили в работу с марта 2012 года по апрель 2014 и продолжали наблюдение до конца февраля 2020 года. Среднее время наблюдения за каждой участницей составило 6,1 года.

Для оценки физической активности и длительности сидячего времяпровождения все женщины в течение недели круглосуточно (за исключением купания и плавания) носили на правом бедре высокоточный трехосевой акселерометр, а также фиксировали время пробуждения и отхода ко сну. Периоды снятия прибора исследователи выявляли с помощью валидирующего алгоритма Чой. Снятые показатели для удобства обработки разбили на 15-секундные фрагменты. Уровень физической активности рассчитывали по сумме отсчетов длины векторов акселерометра за один такой фрагмент. 18 и менее отсчетов за 15 секунд принимали за сидячее времяпровождение, соответствующее менее 1,6 метаболических эквивалента (MET; единица соответствует энергии, расходуемой человеком в сидячем положении в состоянии полного покоя). 19–518 отсчетов за 15 секунд принимали за нагрузки низкой интенсивности (1,6–2,9 МЕТ); 519 и более отсчетов за 15 секунд — умеренной и высокой интенсивности (3,0 и более МЕТ).

О наследственной предрасположенности к долгожительству судили по трем SNP, для которых в метаанализе 18 GWAS была показана высокая значимость и рассчитан размер эффекта, — rs429358, rs7412 и rs7676745. Первые два касаются гена APOE, третий — интрона гена GPR78. По числу соответствующих аллелей и размеру их эффекта рассчитывали взвешенные показатели генетического риска и разделили их на терцили (низкая, средняя и высокая предрасположенность к долгожительству).

Поправки вводили на возраст, этническую принадлежность, образование, индекс массы тела, субъективную оценку здоровья, физическую функциональность по опроснику RAND-36, потребление алкоголя, табакокурение и сопутствующие хронические заболевания. Итоговый анализ непрерывных переменных проводили с помощью критерия Краскела — Уоллиса, дискретных — критерия согласия Пирсона, связи уровня физической активности со смертностью — коксовской регрессии.

Всего за 33 350 человеко-лет наблюдения произошло 1022 смерти; в группах с высокой (36 процента участниц), средней (33,1 процента) и низкой (30,9 процента) предрасположенностью к долгожительству их было 295, 381 и 346 соответственно. При этом женщины из последней группы в целом оказались моложе, более физически функциональны и подвижны по сравнению с первыми двумя.

Уровень физической активности был обратно связан со смертностью, малоподвижность — прямо. По сравнению с низшим квартилем нагрузок низкой интенсивности отношение рисков (HR) составило в трех квартилях по возрастанию 0,72; 0,70 и 0,55; умеренной и высокой интенсивности — 0,76; 0,60 и 0,46; суммарной длительности сидячего времяпровождения — 1,22; 1,69 и 2,05 соответственно.

После стратификации по предрасположенности к долгожительству подобная закономерность сохранялась. При этом без учета смертей, происшедших за первые два года наблюдений, HR для связей физических нагрузок и малоподвижности со смертностью несколько снижалось независимо от генетических вариантов. Взаимовлияние физической активности и генотипов APOE ϵ2 или ϵ4 оказалось статистически незначимым.

Таким образом, даже при неблагоприятной наследственности можно существенно продлить годы жизни, если больше двигаться и меньше сидеть, и наоборот, малоподвижный образ жизни может не дать реализоваться предрасположенности к долголетию, заключил Шадъяб. Авторы отмечают, что поскольку они использовали данные исследования, в котором принимали участие только женщины, в дальнейшем необходимо исследовать и мужчин, чтобы понять, насколько полученные результаты справедливы для обоих полов.

Проведенные ранее исследования показали, что физические упражнения могут нивелировать повышенный из-за малоподвижности риск смерти, сохранить когнитивные способности при нейродегенеративных заболеваниях, защитить мышцы от дистрофии при воспалении и даже повысить уровень антител после прививок от гриппа и ковида.

Олег Лищук

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.