Скифская девочка-воин из Тывы пострадала от рахита

Мария Килуновская и др. / Уральский исторический вестник, 2021

Биоархеологи исследовали с помощью микрофокусной рентгенографии останки девочки раннескифского времени, которые нашли еще в 1988 году в Тыве. При ней находились хорошо сохранившиеся лук, колчан и стрелы, поэтому исследователи назвали ее воином. Оказалось, что на момент смерти ей было всего шесть–семь лет, а ее рацион основывался на растительной пище. Ученые обнаружили, что девочка перенесла рахит, хотя, вероятно, обладала высоким социальным статусом. Результаты исследования опубликованы в журнале Уральский исторический вестник.

В раннем железном веке степную и лесостепную зоны Евразии от Северного Причерноморья до Южной Сибири населяли племена, относящиеся к скифской культурно-исторической общности, которую объединяла так называемая «скифская триада». Так, в VIII–VI веках до нашей эры на территории современной Республики Тыва сложилась алды-бельская археологическая культура, которая известна в основном по погребальным комплексам, например, по курганам с каменным панцирем или кургану Аржан-2, расположенному в скифской «Долине царей».

В ходе охранно-спасательных работ, предварявших строительство и запуск Саяно-Шушенской ГЭС, археологи обнаружили на правом берегу Енисея могильник Сарыг-Булун. Он представлял собой восемь курганов диаметром от 8 до 15 метров. В одном из погребений археологи обнаружили частично мумифицированные останки ребенка, которые находились в деревянной колоде. Вместе с ним лежал ряд хорошо сохранившихся древних артефактов, в том числе лук, колчан и десять стрел. Изначально ученые считали, что это останки мальчика, умершего в возрасте 12–13 лет, однако палеогенетики секвенировали ядерную ДНК ребенка и установили, что это была девочка.

Марина Килуновская (Marina Kilunovskaya) из Института истории материальной культуры РАН совместно с учеными из России исследовала останки девочки из погребения-5 могильника Сарыг-Булун. Биоархеологи сосредоточили свое внимание на методе микрофокусной рентгенографии из-за невозможности использования компьютерной томографии.

Исследователи получили около полутора десятков рентгеновских снимков, охватывающих разные области тела. Ученые заметили, что останки ребенка претерпели некоторые посмертные изменения, полученные, видимо, во время извлечения и транспортировки мумии. Больше всего пострадал грудной отдел позвоночника. На снимке черепа биоархеологи увидели две генерации зубов, что позволило уточнить возраст ребенка на момент смерти — около шести—семи лет. Ранее же считалось, что погребение принадлежало подростку.

На метафизах плечевых костей ученые обнаружили балки костного вещества, свидетельствующие о регулярных физических нагрузках на руки, что не свойственно современным детям такого возраста. На бедренных и правой большеберцовой костях биоархеологи нашли свидетельства резкого голодания или лихорадочного состояния, которое ребенок испытал как минимум за год до своей смерти. Никаких следов переломов или травм исследователи не заметили, однако на левой бедренной кости они обнаружили признаки недостатка витамина D, то есть рахита. Это подтверждается и искривлением левой лучевой кости. Кроме того, возможно, ребенка рано приучали к верховой езде.

На снимках ученые также увидели рядом с левой рукой девочки железное кольцо, которое, видимо, ей надели после смерти. Кроме того, у правой малоберцовой кости находился металлический предмет похожий на скобку, а у кисти правой руки лежал металлический артефакт в виде ножа.

Ученые пришли к выводу, что, несмотря на отдельные неблагоприятные периоды в жизни девочки, она обладала высоким социальным статусом. Пищевой стресс, вероятно, носил сезонный характер, усугубляясь зимой, когда, возможно, и умер этот ребенок. Анализ значений стабильных изотопов углерода и азота показал, что девочка в основном питалась растительной пищей. Она ела крайне мало мясной или молочной пищи, что достаточно необычно для ребенка из популяции скотоводов. Исследователи предположили, что это могло быть следствием возрастной или гендерной специфики питания, а также некой культурной традицией.

Исследование митохондриального генома показало, что девочка была носителем гаплогруппы D4g2. В современном мире носители гаплогруппы D в основном проживают в Восточной Евразии. Например, в Северной Азии таких людей около 16 процентов, в Восточной — примерно 15 процентов, а в Центральной — около 13 процентов. Кроме того, антропологическое исследование показало, что форма резцов этой девочки соответствует современным популяциям монголоидной расы и практически не встречается у европеоидов.

Ранее на N + 1 рассказывали о других памятниках скифо-сибирского мира, исследованных учеными. Так, археологи обнаружили в пазырыкском могильнике на Алтае погребение в каменном ящике и четыре черепа животных, а также раскопали в скифской «Долине царей» бронзовую корону.

Михаил Подрезов

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.