Тревога и депрессия после ковида прошли быстрее ожидаемого

Four girls in Asgardstrand / Edvard Munch, 1903

public domain

Эпидемиологи и психиатры проанализировали, как меняется частота неврологических и психиатрических заболеваний и расстройств более чем у миллиона человек (преимущественно пациенты из США), перенесших COVID-19 в период с января 2020 года по апрель 2022 года. Исследование, опубликованное в The Lancet Psychiatry, показало, что риски тревожных и аффективных расстройств у болевших ковидом быстро снизились и выровнялись с контрольной группой уже спустя 43 и 58 дней, а затем стали даже ниже. Вероятность развития деменции, напротив, была повышена в течение всех двух лет наблюдения. Частота основных нейропсихиатрических осложнений у больных, заразившихся и поправившихся в момент доминирования дельта-штамма и в волну омикрона, не отличалась.

Неврологические и психические осложнения COVID-19 относится к наиболее распространенным, длительным и неприятным последствиям. Чаще всего под такими осложнениями имеют в виду когнитивные нарушения (включая деменции и умеренное когнитивное расстройство), тревожные, аффективные расстройства (включая депрессии и биполярное расстройство), психозы и повышенный риск ишемического и геморрагического инсульта.

Хотя по всему миру только официально зарегистрировано уже почти 600 миллионов случаев COVID-19, многое о долгосрочных последствиях болезни пока неизвестно, и даже неясно, насколько долго сохраняются когнитивные нарушения. Отдельные исследования, проведенные на десятках тысяч пациентов, показывают, что когнитивные нарушения представляют собой массовую проблему даже спустя девять месяцев, а тревожные расстройства и потребность в антидепрессантах сохраняются не менее полугода после перенесенного ковида. Не вполне ясно, меняется ли спектр последствий со сменой доминирующего штамма SARS-CoV-2, ведь разные штаммы отличаются по спектру преобладающих симптомов, заразности и летальности.

Чтобы ответить на эти вопросы, группа психиатров и эпидемиологов из университетов Оксфорда и Кембриджа под руководством Пола Харрисона (Paul Harrison) изучила базу данных медицинских историй болезни, содержащих информацию более чем об 1,28 миллиона переболевших ковидом в период с января 2020 по апрель 2022 года (из них 186 тысяч детей и 242 тысячи пожилых, около 98 процентов больных были из США, остальные — из Австралии, Болгарии, Индии, Испании, Малайзии и Тайваня). В качестве группы сравнения были взяты пациенты, которые обращались за медицинской помощью по поводу инфекций дыхательных путей и у которых коронавирус не был выявлен. Две группы не отличались между собой по демографическим характеристикам, спектру сопутствующих заболеваний, распространенности психиатрических и неврологических диагнозов до наблюдения и по доле вакцинированных от ковида. Ученые анализировали частоту развития новых неврологических или психиатрических заболеваний и состояний после заболевания ковидом .

Чтобы оценить влияние и особенности разных штаммов коронавируса, отдельно исследовали шесть групп пациентов из США — три группы тех, кто заболел в одну из трех волн пандемии, и три контрольные группы, набранные из заболевших за месяц до волн. Апрель 2021 года соответствовал доминированию альфа-штамма, летом 2021 года почти все случаи приходились на дельту, а в конце декабря 2021 года почти все случаи были вызваны омикроном.

Анализ данных показал, что риск каждого из взятых в анализ 14 психиатрических и неврологических заболеваний и состояний при ковиде в какой-то момент повышается, но по-разному меняется со временем. Риск тревожных, аффективных расстройств и нарушений сна был максимален в период, когда пациент переносил ковид, но спустя два-четыре месяца (в зависимости от подгруппы пациентов) вероятность возникновения расстройств становилась такой же, как в контрольной группе, а затем даже ниже. Риск возникновения аффективных расстройств стал таким же, как в контрольной группе, спустя 43 дня наблюдения, тревожных расстройств — через 58 дней, а нарушений сна — спустя 90 дней. Спустя 457 и 417 дней суммарное количество зарегистрированных аффективных и тревожных расстройств стало таким же, как в контрольной группе. Риск ишемического инсульта вел себя сходным образом: он был максимален в период заболевания ковидом, но выравнивался с контрольной группой спустя 66 дней наблюдения.

Когнитивные нарушения тоже были выражены в остром периоде, но их риск был выше, чем у пациентов из контрольной группы, в течение всего периода наблюдения, как и риск психозов. Максимальный риск воспалительных заболеваний — энцефалита и синдрома Гийена-Барре (который, кстати, признали редким побочным эффектом одной из коронавирусных вакцин) — отмечен спустя несколько недель от начала заболевания, а затем он снижался до сопоставимого с контрольной группой.

В разных возрастах различались выраженность рисков разных заболеваний. У детей спустя полгода после ковида оставался повышенным риск энцефалита (отношение рисков (ОР) 1,79, 95% доверительный интервал (ДИ) 1,21–2,66, p = 0,045. Здесь и далее приведены уровни значимости с поправкой на множественную проверку гипотез), судорожного синдрома (ОР 1,44, 95% ДИ 1,25–1,65, p < 0,0001) и внутричерепных кровоизлияний (ОР 2,16, 95% ДИ 1,46–3,19, p = 0,0011). У взрослых 18–64 лет через полгода была все еще повышена вероятность возникновения когнитивного дефицита (ОР 1,35, 95% ДИ 1,31–1,40, p < 0,0001) и психозов (ОР 1,18, 95% ДИ 1,08–1,29, p = 0,0041). У пожилых спустя полгода сохранился риск когнитивного дефицита (ОР 1,41, 95% ДИ 1,36–1,46, p < 0,0001), деменции (ОР 1,41, 95% ДИ 1,33–1,50, p < 0,0001), ишемического инсульта (ОР 1,11, 95% ДИ 1,04–1,18, p = 0,022), и психозов (ОР 1,39, 95% ДИ 1,21–1,59, p < 0,0001).

Отдельно авторы оценили, как меняется заболеваемость неврологическими и психическими расстройствами у тех, кто заболел в разные волны пандемии COVID-19. Период наблюдения составил шесть месяцев для волн, вызванных альфа- и дельта-штаммами, и 140 дней для омикрона. У людей, заболевших в волну альфы или за месяц до нее (в обеих подгруппах по 47675 пациентов), спектр психических и неврологических последствий был одинаковым. В волну дельты (по 44835 пациентов) у выживших стал ниже риск деменции (ОР 0,60, 95% ДИ 0,43–0,84, p = 0,032), но летальность инфекции выросла. В омикрон-волну (по 39845 пациентов) число новых случаев деменции осталось прежним (ОР 1,48, 95% ДИ 1,01–2,16, но p = 0,6 после поправки на множественную проверку гипотез), но летальность была ниже. Все нейропсихиатрические осложнения до и во время волны омикрона и дельты встречались с сопоставимой частотой (ОР 1,03, 95% ДИ 0,92–1,15, p = 1,0).

Разные последствия COVID-19 развиваются по своим законам и имеют разную выраженность в разных возрастах, поэтому анализ исходов и факторов риска у детей и пожилых следует проводить раздельно (мы рассказывали недавно о примере такого анализа течения ковида у детей). Симптом, сохраняющийся несколько месяцев после ковида, может оказаться временным явлением, что сильно исказит трактовку результатов, если выбрать слишком короткий период наблюдения. То, что у COVID-19 оказался относительно недолгий тревожный и депрессивный «шлейф», позволяет с оптимизмом смотреть на вероятность пандемии тревоги и депрессии в будущем. Хотя частота встречаемости аффективных расстройств на подъеме заболеваемости ковидом растет, результаты обсуждаемой статьи показывают, что количество новых заболеваний должно возвращаться к доковидному спустя месяцы после падения числа случаев инфекции. Напротив, длящиеся риски деменции и психозов предрекают рост их распространенности в будущем среди тех, кто переболел ковидом во взрослом возрасте. При этом данные двухлетнего наблюдения касаются только первых штаммов коронавируса, и то, как повлияют на психическое здоровье мира дельта и омикрон, еще предстоит узнать.

Дельта и омикрон оказались похожи друг на друга по влиянию на психическую сферу и риск неврологических заболеваний, но эти результаты требуют осторожного отношения. Авторы признают, что большой разброс летальности в разных группах не дает полностью исключить систематическую ошибку выжившего при интерпретации: например, высокий риск деменции в группе омикрона может быть обусловлен тем, что заболевшие более летальной дельтой не дожили до получения диагноза деменции, а не особенностью омикрон-штамма. У умерших деменция часто оставалась нераспознанной — среди выживших взрослых 18–64 лет частота деменции составила 6,4 процента, а среди умерших — 1,1 процента. Как раз в таких случаях уточнению отдаленных последствий может помочь контролируемый эксперимент наподобие того, о результатах которого мы рассказывали в начале года.

В завершение авторы статьи отмечают, что результаты исследования помогут пациентам и их родным понимать, когда можно переставать бояться некоторых постковидных осложнений, а организациям — как перераспределить ресурсы общественного здравоохранения под грядущие вызовы.

Ранее мы подробно рассказывали про когнитивные нарушения после ковида в материале «Туманный диагноз» и показывали на графиках, как это проявляется спустя полгода после легкого течения ковида.

Сергей Задворьев

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.