Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям (Роспечать)

Пилос выходит из тени

На Пелопонессе найдены выстланные золотом гробницы

Гробницы, найденные в Мессении, могут заставить ученых «повысить» древний Пилос среди других центров крито-микенской культуры. Четыре года назад там было открыто погребение воина с грифоном, а теперь неподалеку от него обнаружены еще две толосные гробницы. Они были разграблены еще в древности, но и то, что в них осталось, позволяет говорить: в середине II тысячелетия до нашей эры отношения между городами материковой Греции и другими регионами Средиземноморья не исчерпывались войной.

Совместная экспедиция университета Цинциннати (штат Огайо) и греческого министерства культуры, работающая в области Западная Мессения, обнаружила две гробницы микенской эпохи. Обе они были разграблены еще в древности, но даже оставленные грабителями мелочи впечатляют.

Замечательно то, что новая находка датирована тем же временем — примерно 1500 годом до нашей эры — и расположена недалеко от богатейшего погребения воина с грифоном, обнаруженного в 2015 году той же экспедицией.


Дворец Нестора

Оба открытия связаны с Пилосом, городом царя Нестора, известного нам по гомеровскому эпосу, вместе с другими ахейцами отправившегося завоевывать Трою.

Университет Цинциннати работает в Западной Мессении уже восемьдесят лет. Открытие Пилоса (1939 год) принадлежит выдающемуся археологу Карлу Блегену, который буквально «вычислил» расположение царского дворца. Пилос оказался также вторым по объему источником табличек с линейным письмом Б, уступая только Кносскому дворцу на Крите.

Раскопки в Пилосе вели вслед за первооткрывателем его ученики, в том числе Марион Роусон (Marion Rawson). И Блеген, и Роусон уверенно датировали Пилосский дворец позднеэлладской эпохой (примерно XIV век до нашей эры).

Оба исследователя в разное время нашли в окрестностях дворца более раннюю керамику — примерно XVI века до нашей эры. А Роусон в конце 1950-х годов выявила и среднемикенские стены (XIX — XVII века до нашей эры) в траншее неподалеку от дворца.

Руководителей нынешней экспедиции университета Цинциннати, Джека Дэвиса и его жену Шэрон Стокер, этот среднемикенский слой очень занимал. В 2015–2017 годах им удалось немного поработать в районе старой траншеи Марион Роусон. Там Дэвис и Стокер убедились, что пилосский дворец стоит на практически неизученном поселении.

Это, с одной стороны, очень увлекательное открытие, с другой — разочаровывающее, ведь к среднемикенскому материалу можно будет подобраться только с краев позднемикенского: дворец Нестора никто, пребывая в здравом уме, сносить не станет.


Археология круассана

Траншея Роусон расположена на участке, принадлежащем семье Цаконас, которая позволила археологам поработать у себя. Но неподалеку находится еще один земельный надел, которым владел фермер по фамилии Димопулос. В 2018 году Димопулос умер, и Джек Дэвис решил, что поле Димопулоса нужно выкупить для экспедиции.

Был объявлен сбор средств, и поле действительно удалось приобрести. Дэвису это стоило места в престижнейшем Стэнфордском университете: университет Цинциннати пообещал археологу большую сумму при условии, что тот останется в Огайо.

В интервью The New York Times Дэвис рассказал, что, начав раскопки на поле Димопулоса, он дважды впадал в уныние: сначала его сотрудники вообще ничего не находили, а потом они наткнулись на следы работы черных копателей, не побоявшихся подогнать экскаватор к краю охранной зоны.

Археологи, будучи археологами, даже датировали это вторжение (по обертке от шоколадного круассана!) 2015 годом: то есть временем, когда была обнаружена гробница воина с грифоном.

Черные копатели между тем наткнулись на толосную гробницу — характерное для позднего бронзового века сооружение с ложным куполом, лучше всего известное по царским гробницам в Микенах (сокровищница Атрея, например). Интересно, что самые ранние толосные гробницы найдены как раз на юго-западе Пелопонесса, в Мессении, откуда они распространились по всей материковой Греции в микенскую эпоху.

Толосные, или ульевые, как их еще называют, погребения, как правило, сооружались из массивных каменных блоков. Именно эта особенность и спасла для экспедиции университета Цинциннати находки на поле Димопулоса: экскаваторщик не стал рисковать поломкой ковша об огромные глыбы.


Бык и колосья

Обе вновь открытые гробницы обрушились еще в древности, так что на поверхности от них не осталось и следов. Под обвалившимися сводами исследователи нашли тысячи кусочков золотой фольги, которой, судя по всему, были выстланы полы обеих гробниц.

Древние грабители не унесли не только фольгу, но и многочисленные бусины — малахитовые, сердоликовые и янтарные, а также золотую подвеску с ликом египетской богини Хатхор. Одна только эта подвеска тянет на небольшую сенсацию, потому что о контактах Пилоса с Египтом в XVI веке до нашей эры до сих пор ничего не было известно.

Но ученых не меньше удивил золотой перстень с вычеканенными на нем быками и колосьями ячменя: пока это самое раннее совместное изображение одомашненных животных и одомашненных растений в Греции.

Большой интерес вызвала и сердоликовая печать с похожими на львов мифологическими животными («гениями»). Над этими существами изображена шестнадцатилучевая звезда. Такой же символ найден и внутри гробницы на одном из золотых фрагментов.

Предварительно и толосные гробницы, найденные в 2019 году, и неразграбленное шахтовое погребение воина с грифоном, обнаруженное в 2015-м, датируются периодом, который специалисты называют позднеэлладским IIA (LH IIA): это примерно 1600–1500 годы до нашей эры.

Рядом с воином археологи обнаружили множество каменных резных печатей критского происхождения, да и другие предметы указывали на связь погребенного с островом Крит.


Оружие или дипломатия?

Часть интерпретаторов настаивала на том, что вместе с воином похоронили награбленное им богатство: микенцы, выходцы из материковой Греции, покорили минойский Крит оружием, а не дипломатией.

Джек Дэвис и Шэрон Стокер не разделяют эту точку зрения и считают, что в гробнице пилосского воина лежало не украденное сокровище, а принадлежавшие ему по праву высокостатусные предметы.

Исследователи из Цинциннати выдвинули предположение, что воин был «ванакой»: это слово обозначает что-то вроде царя-жреца, и извлечено оно из табличек с линейным Б. Таким образом, Дэвис и Стокер предлагают драматическую конъектуру: воин с грифоном был царем Пилоса, возможно даже его первым царем.

Далеко не все согласны с этой точкой зрения (у ученых нет никаких свидетельств о существовании ванак в XVII-XVI веках), но высокий статус пилосского воина неоспорим.

Дэвис и Стокер убеждены: новые находки вновь подтверждают, что роль Пилоса в позднеэлладскую эпоху недооценена.

Речь, конечно, не идет о том, чтобы заменить термин «микенский» на «пилосский». Скорее, происходит сдвиг в интерпретации минойско-микенских отношений, и именно ранние находки в Пилосе помогают лучше увидеть и понять, как происходил переход от одной эпохи к другой.

Кроме того, пилосские открытия подтверждают, что в середине II тысячелетия до нашей эры связи городов материковой Греции с другими регионами Средиземноморья были многочисленнее и сложнее, чем мы привыкли о них думать.


Юлия Штутина

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.