Подобно еде и сексу
Исследователи из Финляндии с помощью ПЭТ и фМРТ обнаружили, что активность опиоидных рецепторов повышается у женщин во время прослушивания любимой музыки. Это указывает, что опиоидные системы модулирует реакции удовольствия, связанные в том числе с абстрактными стимулами. Исследование опубликовано в European Journal of Nuclear Medicine and Molecular Imaging.
В мозге млекопитающих μ-опиоидные рецепторы опосредуют удовольствие, связанное с первичными вознаграждениями — сексуальными стимулами или едой. Когда человек испытывает удовольствие, в его мозге активируются те области, в которых экспрессируются гены этих рецепторов, а антагонисты опиоидов подавляют эту активацию. Но до конца не ясно, должно ли удовольствие, задействующее опиоидные рецепторы, быть слишком простым. Возможно, эти рецепторы модулируют реакцию и на абстрактные вознаграждения — такие, как музыка. Косвенно на это указывает то, что прослушивание любимой музыки облегчает боль, а удовольствие от музыки иногда снижается после блокады опиоидных рецепторов налтрексоном.
Чтобы выяснить наверняка, участвуют ли μ-опиоидные рецепторы в удовольствии от музыки, исследователи из Университета Турку, которыйх возглавил Веса Путкинен (Vesa Putkinen), измерили активность этих рецепторов в мозге пятнадцати Мужчины не участвовали в исследовании, поскольку выборка и так была маленькой, и дополнительная переменная в виде пола могла бы ослабить данные статистического анализа. Одновременно это стало и ограничением работы.
Анализ данных ПЭТ показал, что во время прослушивания музыки активность опиоидных рецепторов повышается в нескольких областях мозга: вентральном полосатом теле, миндалевидном теле, парагиппокампальной извилине, таламусе, стволе мозга, орбитофронтальной коре и височном полюсе. Количество связанного с рецепторами карфентанила в этих областях с музыкой было выше, чем без. При этом в правом прилежащем ядре при появлении мурашек количество связанного с рецепторами радиолиганда снижалось. Это, скорее всего, указывало на выделение эндогенных опиоидов, которые конкурируют с карфентанилом.
В другой день участницы прошли фМРТ, во время которого слушали отрывки из любимых треков и несколько случайных последовательностей тонов — для контроля. Дополнительно в МРТ-исследовании поучаствовало еще пятнадцать женщин, средний возраст которых составил 23 года. Все испытуемые оценивали уровень удовольствия во время прослушивания музыки и контрольных записей. На фМРТ было видно, что удовольствие от музыки связано с активностью многих корковых областей, вовлеченных в том числе в эмоции, вознаграждение и телесные реакции: передней поясной и орбитофронтальной коры, постцентральных, прецентральных и супрамаргинальных извилин, и островковой доли.
Дополнительно ученые сопоставили данные о базовой активности опиоидных рецепторов с данными фМРТ, связанными с удовольствием от музыки. Активность опиоидных рецепторов совпадала с зависимой от удовольствия активностью в островковой доле, передней поясной коре, дополнительной моторной области, височных и постцентральных извилинах, вентральном полосатом теле и таламусе.
Авторы заключили, что прослушивание любимой музыки связано с повышенной активностью опиоидных рецепторов в нескольких областях женского мозга. Это говорит о том, что опиоидные рецепторы участвуют в обработке не только первичных вознаграждений, таких как секс и еда, но и абстрактных вознаграждений вроде музыки.
Кроме опиоидов в реакциях удовольствия участвует дофамин. Ранее мы рассказывали о том, что, фармакологически меняя количество этого нейромедиатора, можно управлять уровнем удовольствия от прослушивания приятной музыки.
Почему жара помогла избежать болезни Альцгеймера?
Даг Уитни, пожилой мужчина из США, — невезучий везунчик. Ему не повезло в генетической лотерее: он обладатель мутации в гене PSEN2, которую связывают с риском развития болезни Альцгеймера с ранним началом. По словам Дага, 10 из 13 братьев и сестер его матери теряли память и сознание в стремительном течении нейродегенеративного заболевания и умирали до 60 лет. Еще Дагу не слишком повезло с условиями труда: большую часть жизни он проработал в пекле машинного отделения кораблей, где температура достигала 50 градусов цельсия. Впрочем, сочетания двух невезений хватило, чтобы нейтрализовать друг друга: Дагу Уитни уже далеко за 70, а симптомы болезни Альцгеймера, на которые он был генетически обречен, так и не появились. На сегодняшний день он единственный носитель мутации PSEN2, которому удалось избежать заболевания. Как жара связана с экстраординарной устойчивостью к деменции?