В сети пассивного режима работы мозга она сохранялась неделями
Американские исследователи визуализировали с помощью функциональной МРТ активность мозга здоровых добровольцев до, во время и после приема высокой дозы псилоцибина. Оказалось, что этот психоделик вызывает глубокую рассинхронизацию функциональных связей в коре и подкорковых структурах, сильнее всего затрагивающую сеть пассивного режима работы мозга, которая отвечает за восприятие времени, пространства и собственной личности. После окончания острых эффектов вещества эта рассинхронизация проходит, однако некоторые изменения нейробиологических функций сохраняются на протяжении недель, что способствует пониманию механизмов долгосрочных эффектов псилоцибина. Отчет о работе опубликован в журнале Nature, там же ему посвящен редакционный материал на сайте журнала.
Псилоцибин, как и другие психоделики, действует на серотониновые 5-HT2A-рецепторы, вызывая на протяжении действия значительные изменения восприятия эго, времени и пространства. В клинических испытаниях однократный прием высокой дозы этого препарата (порядка 25 миллиграмм) при участии специально подготовленных психотерапевтов вызывал быстрое и стойкое уменьшение симптомов депрессии, зависимости и других психических расстройств. О молекулярных механизмах действия и психологических эффектах псилоцибина известно довольно много, при этом его действие на связывающем их нейробиологическом уровне остается малоизученным.
Чтобы заполнить этот пробел, Нико Дозенбах (Nico Dosenbach) из Университета Вашингтона в Сент-Луисе с коллегами из разных научных центров США пригласил для участия в эксперименте семь взрослых (возраст 18–45 лет) здоровых добровольцев. С интервалом в 1–2 недели им назначали в присутствии двух специалистов по психоделической психотерапии однократно по 25 миллиграмм псилоцибина и 40 миллиграмм психостимулятора метилфенидата, который вызывает схожие с псилоцибином соматические эффекты, но без психоделического действия. За несколько недель до, во время и в течение трех недель после приема добровольцам регулярно проводили функциональную МРТ (в среднем 18 исследований каждому). Четыре участника вернулись через 6–12 месяцев для повторного приема псилоцибина с фМРТ.
В ходе каждого сеанса фМРТ добровольцы должны были в течение как минимум двух 15-минутных интервалов лежать неподвижно, глядя в фиксированную точку. Также они выполняли тесты на восприятие, в ходе которых должны были отвечать, совпадает ли предложенное изображение на экране компьютера со словом, прозвучавшим в наушниках. Кроме того, на каждой сессии психоделический опыт участников оценивали с помощью опросника MEQ30.
Оказалось, что при острых эффектах псилоцибина наблюдаются масштабные по силе и обширные по охвату изменения функциональных сетей мозга, охватывающие почти все аспекты его деятельности. В частности, происходила рассинхронизация функциональной связности, размывающая границы между мозговыми сетями путем снижения интеграции внутри сетей и сегрегации между ними — в итоге индивидуальные различия, присущие нормальной картине фМРТ, у участников стирались. В коре наибольшие изменения затрагивали ассоциативные сети, а в подкорке и в целом — сеть пассивного режима работы мозга (поддерживает базовое восприятие и функционирование, когда человек не занят какой-либо конкретной задачей). Подобные изменения функциональной связности коррелировали с субъективными психоделическими переживаниями добровольцев. При приеме метилфенидата их не наблюдалось.
Когда добровольцы выполняли задачу на восприятие, проявления десинхронизации уменьшались по сравнению с состоянием покоя. Это может объяснить, почему затемняющая маска на глазах и звукоизоляция от уличных шумов делают погружение пациентов в психоделическую психотерапию более полным, а отвлечение на внешние стимулы и общение могут облегчить негативный психоделический опыт.
Большинство острых нейробиологических эффектов были обратимыми при окончании действия псилоцибина, однако изменения связей между сетью пассивного режима работы мозга и передним гиппокампом, участвующим в формировании эмоций и памяти, сохранялись неделями. Подобные стойкие изменения в сетях, отвечающих за восприятие себя, эмоциональную сферу и трактовку жизни, указывают на то, что прием псилоцибина делает функциональные связи мозга более гибкими, и при содействии специалиста может ослабить ригидный дезадаптивный стиль мыслей и поведения, наблюдающиеся при психологических и психоневрологических расстройствах.
Помимо понимания нейробиологических эффектов псилоцибина полученные результаты могут дать объективную меру оценки его эффективности с помощью функциональной МРТ при клиническом применении. Происходят ли схожие изменения функциональной связности мозга при приеме других психоделиков, а также метилендиоксиметамфетамина и кетамина, предстоит выяснить в будущих исследованиях.
Ранее британские исследователи применили разные виды функциональной МРТ для наблюдения за мозгом человека при не долговременных, а острых эффектах ЛСД. Они также зарегистрировали масштабные изменения активности с рассинхронизацией, сильно выраженные в сети пассивного режима работы мозга.
Его не удалось обнаружить у тупайи, суслика, крысы, паки, хорька и лисицы
Исследователи из США и Японии с помощью дифузионно-взвешенной магнитной томографии исследовали зрительную кору четырех видов приматов и шести видов млекопитающих, не относящихся к приматам, чтобы найти там вертикальный затылочный пучок — тракт белого вещества, обнаруженный ранее у других видов обезьян. Пучок удалось визуализировать в мозге всех исследуемых приматов, но в мозге других млекопитающих найти не удалось. Вероятно, наличие пучка может быть уникальной чертой приматов. Исследование опубликовано в Current Biology.