Двадцать пятого мая на Международной ассамблее ВОЗ был принят новый, 11-й пересмотр Международной классификации болезней, нормативного документа для большинства врачей мира, в том числе при постановке диагноза. В него включили главу, посвященную традиционной китайской медицине, так что теперь пациенту могут диагностировать, например, «непроходимость меридиана сердца» (SF63). Однако многие врачи опасаются, что теперь пациентов будут лечить препаратами, эффективность которых не доказана. А ученые вдобавок боятся, что официальная позиция ВОЗ приведет к повышению спроса на препараты традиционной китайской медицины и, как следствие, к вымиранию тех редких или пока не очень редких животных, из которых они изготавливаются. Мы решили перечислить некоторые виды животных, оказавшихся под угрозой исчезновения уже сейчас.

Международная классификация болезней устанавливает категории и буквенно-цифровые коды для тысяч заболеваний, травм и расстройств и используется в качестве нормативного документа в 117 странах мира. Медики руководствуются им при постановке диагнозов и констатации причин смерти; национальные министерства здравоохранения на его основе планируют расходы на медицинскую помощь, исследования и разработки; его используют страховые компании, покрывающие расходы на лечение, и статистики при оценке здоровья населения и данных о смертности.

В одиннадцатом по счету пересмотре этой классификации (МКБ-11, о некоторых дебатах вокруг его принятия мы уже писали) появилась глава, посвященная традиционной китайской медицины (ТКМ). В ней представлены описания болезней и состояний, известных еще древним целителям; от многих из них в Китае, Японии и Корее пациентов лечат и сегодня.

Появление этой главы в новом пересмотре МКБ ВОЗ объясняет так: «...эта информация необходима, чтобы клиницисты, исследователи и страховщики смогли полностью контролировать безопасность, эффективность, использование средств и тренды в сфере здравоохранения».

В странах — участниках ВОЗ новый пересмотр вступит в силу с 2022 года. После этого врач сможет поставить пациенту официально одобренный ВОЗ диагноз из арсенала народной медицины, например «дефицит янь в сердце» (SF66) или «застой ци в печени» (SF57).

Врачи и ученые опасаются, что после принятия МКБ-11 больных с официального разрешения ВОЗ будут лечить народными снадобьями, эффективность подавляющего большинства которых не доказана.

В 2009 году американские ученые проанализировали 70 обзоров, касающихся эффективности китайской народной медицины, в том числе акупунктуры и лекарственных препаратов, и не нашли достаточно убедительных доказательств, что эти средства действительно «работают». Лечение с помощью ТКМ отдельных заболеваний, в частности экземы, доброкачественной гиперплазии предстательной железы (ранее оно называлось аденома простаты), ангины и ВИЧ, тоже не эффективно.

Более того, некоторые лекарственные препараты, применяющиеся в традиционной медицине, наоборот, оказались вредны, а в некоторых обнаружились ядовитые примеси.

Одним из немногих исключений стал препарат для лечения тропической малярии артимизинин, выделенный из полыни однолетней, применяемой в ТКМ. Китайский фармаколог Ту Юю, разработавшая метод получения лекарства, получила половину Нобелевской премии по физиологии и медицине за 2015 год.

Однако, по мнению исследователей следует помнить, что артимизинин — это очищенное вещество и медики назначают его в определенных дозах. Кроме того, у возбудителя малярии довольно быстро вырабатывается устойчивость к этому препарату, поэтому его используют только в комплексе с другими средствами.

Ученых волнует и то, что в традиционной китайской медицине используют части тел диких животных, занесенных в Красную книгу Международного союза охраны природы и природных ресурсов (МСОП), причем некоторые из них находятся на грани вымирания. И позиция ВОЗ усложняет дело.

«Любое признание традиционной китайской медицины со стороны организации калибра ВОЗ будет рассматриваться мировым сообществом как знак одобрения со стороны Организации Объединенных наций практики в целом, в том числе использования лекарств, содержащих части тел диких животных», — говорит Джон Гудрич, директор программы по спасению тигров неправительственной организации Panthera, занимающейся охраной 40 видов диких кошек и мест их обитания.

Стоит отметить, что власти Китая стараются ограничить использование исчезающих видов в традиционной медицине. Более 160 видов диких животных, востребованных у целителей, занесено в Красную книгу страны; Министерство здравоохранения удалило из официального справочника с лекарственными средствами традиционной и западной медицины рецепты снадобий, содержащих части тел редких животных.

С подачи властей также создаются фермы по разведению редких животных (теоретически — для сохранения вида, хотя условия содержания на них могут быть плохими, а часть животных с таких ферм могут поступать в нелегальную продажу) и ведется поиск аналогов веществ, применяемых в народной медицине.

Так, активный компонент медвежьей желчи, урсодезоксихолевую кислоту, можно выделить из коровьей или свиной желчи, а также синтезировать. Однако, несмотря на принятые меры, нелегальная торговля продолжается. К тому же, хотя Китай является крупнейшим потребителем подобных препаратов, они используются и в других странах Восточной и Юго-Восточной Азии.

В преддверии введения МКБ-11 в большинстве стран мира и предполагаемого роста популярности ТКМ и дефицита применяемых в ней специфических препаратов мы решили вспомнить, какие животные, популярные у китайских целителей, оказались на грани вымирания.


Морские коньки

Начнем с морских коньков (род Hippocampus). В ТКМ сушеных животных используют как активные вещества в 30-50 снадобьях.

С их помощью лечат респираторные заболевания, в том числе астму и обструкцию дыхательных путей, бессонницу, кожные инфекции, дисфункции щитовидной железы, энурез. Морских коньков используют как тонизирующее средство и для лечения импотенции.

По самым грубым оценкам на 1996 год, ежегодно в Китае продавалось около 20 тонн этих животных; большинство из них импортировалось. Через 10 лет ситуация ухудшилась.

В торговле морскими коньками принимают участие 70 стран, которые, по оценкам, вылавливают около 16-49 тонн животных, или от 26 до 190 миллионов особей в год. От 6 до 18 миллионов из них продается в сушеном виде, вероятнее всего, для нужд традиционной медицины.

Предположительно, за последние 30 лет численность морских коньков (по крайней мере видов, которые попадают в рыбацкие сети) уменьшилась на 72 процента. И есть вероятность, что в течение 20-30 лет эти виды исчезнут совсем.


Тигры

Тигров традиционная китайская медицина уже поставила на грань вымирания. Традиционные рецепты предписывают тигриные кости добавлять в лекарства для лечения суставов, лапы — использовать для лечения бессонницы, жир — против ревматизма, а тигриный пенис — в качестве афродизиака и эффективного лекарства от эректильной дисфункции.

Невзирая на то, что эти кошки внесены в Красную книгу МСОП как вымирающий вид и охота на них, конечно же, запрещена, браконьерство продолжается. Не помог и запрет властей Китая на ввоз в страну частей тел тигров, принятый в 1993 году.

Сегодня в природе осталось 2–3 тысячи тигров, и их численность уменьшается. По сравнению с началом XX века (около 100 тысяч особей) количество тигров уменьшилось в 30-50 раз.

На фермах по разведению тигров в Китае выращивается еще около четырех тысяч животных (по данным на 2007 год). Однако непонятно, смогут ли фермы компенсировать количество животных, проданных на черном рынке.

В 2000-2015 годы в Азии были конфискованы тела или части тел 1755 тигров. Это значит, что браконьеры убивали как минимум 110 животных в год, или по две особи в неделю. Почти треть из них (540 тигров) были конфискованы в Индии, где обитает крупнейшая на сегодняшний день популяция диких животных. И вероятно, еще треть из них была выращена на фермах.


Медведи

В традиционной китайской медицине считается, что медвежья желчь помогает вылечить бактериальные инфекции и служит обезболивающим средством. Поэтому гималайского, реже малайского (оба вида находятся в статусе «в уязвимом положении») и бурого медведей либо убивают сразу и вырезают желчный пузырь вместе с содержимым, либо отправляют на фермы, где держат в варварских условиях, «выдаивая» из них желчь, пока животные не погибают медленной и мучительной смертью.

При этом «желчедобывающие» медвежьи фермы в Китае разрешены. Молодых медведей ловят и заточают в тесные клетки, где они не могут выпрямиться или развернуться. Им проделывают фистулу в брюхе, чтобы желчь стекала в контейнер. При этом в отверстие могут помещать катетер, что вызывает у животных сильную боль, либо периодически делают дренаж желчного пузыря, либо в отверстие в брюхе вставляют постоянный имплантат.

По свидетельству сотрудников природоохранной организации AnimalsAsia, занятой вызволением медведей с «желчегонных» ферм, эти процедуры проводятся без обезболивания, не стерильными инструментами и могут вызвать тяжелые инфекции. До 50-60 процентов животных на фермах погибают от осложнений после операций.

Когда медведи перестают производить достаточное количество желчи, их убивают и используют желчные пузыри, шкуры, мясо и особенно лапы, которые в Китае считаются деликатесом. В среднем на фермах медведи живут около пяти лет и за это время производят около 2,2 килограмма желчи, но некоторых животных держат в тесных клетках по 10-20 лет.

По оценкам, на медвежьих фермах в Китае и Вьетнаме содержится около 14 тысяч медведей.

При этом медвежья желчь не обладает целебными свойствами, и ее легко можно заменить на коровью или свиную. Более того, активное вещество желчи, урсодезоксихолевую кислоту, синтезируют, так что необходимости мучить медведей нет. Но потребители охотнее покупают препараты, содержащие части диких животных, так как считают их более эффективными, чем заменители.


Панголины

Еще несколько видов животных, части тел которых пользуются популярностью в ТКМ, — панголины. Это покрытые роговой чешуей млекопитающие, похожие на большую шишку.

Из-за чешуи они и страдают; в традиционной китайской медицине ей приписывают чудодейственные свойства, а мясо панголинов считается деликатесом. Пока что существует восемь видов этих животных, половина из них обитает в Африке, половина в Юго-Восточной Азии. Все они занесены в Красную книгу МСОП, но, как и в случае с тиграми (и другими животными), браконьеров это не останавливает.

Сейчас панголины являются одними из «чемпионов» нелегального трафика. Объемы экспорта их чешуи постоянно бьют печальные рекорды. Так, в 2015 году в Китае задержали крупнейший на тот момент груз чешуи панголина весом в три тонны. Но через два года он был побит в том же Китае, где обнаружили втрое больший груз.

А в 2019 году таможня Сингапура за неделю арестовала две партии чешуи суммарным весом в 28 тонн. Ради такого количества были убиты более 40 тысяч животных. И это, по оценкам экспертов, лишь капля в море: отследить удается лишь 10 процентов нелегального оборота чешуи.

Дело осложняется и тем, что из-за специфической диеты (они питаются муравьями и термитами) панголинов трудно содержать в неволе, где они, к тому же, плохо размножаются. Поэтому будущее этих животных, абсолютно лишенных каких-либо целительных свойств, выглядит очень мрачно.


Китайская исполинская саламандра

Сокращение мест обитания исполинской саламандры, востребованность ее кожи и внутренностей в ТКМ, а мяса — в рецептах традиционной китайской кухни, похоже, привели к исчезновению этого животного в дикой природе.

Китайская исполинская саламандра — крупнейшая амфибия на планете, и одна из самых редких. Сейчас вид находится в статусе «на грани исчезновения», но его численность, даже оценочная, неизвестна. Предположительно, с 1950-х годов популяция китайских исполинских саламандр в дикой природе сократилась на 80 процентов, по другим данным, она исчезла совсем.

В недавнем исследовании зоологи искали саламандр в дикой природе и нашли 24 особи в четырех из 97 районов Китая, где они обитали раньше. При этом у ученых есть подозрение, что в двух из были обнаружены не дикие животные, а выпущенные с фермы по разведению саламандр.

Такие фермы создаются, чтобы удовлетворить спрос на мясо, считающееся деликатесом, и ингредиенты для традиционной медицины. Выращенных на фермах животных даже пытаются выпускать обратно в дикую природу. Но реинтродукция обычно проводится не по рекомендациям МСОП и может привести к распространению патогенов и смешению с дикой популяцией (если она еще осталась).


Носороги

Согласно распространенному заблуждению, рог носорога является афродизиаком. Это не так, но в ТКМ ему нашлось и множество других применений.

С помощью рога носорога в традиционной китайской медицине лечат от змеиных укусов, пищевых отравлений, детских конвульсий и дизентерии, его считают седативным и жаропонижающим средством, так как он «охлаждает кровь». Во Вьетнаме им врачуют еще и похмелье.

Стоит ли говорить, что эффективность чудодейственного средства не доказана. Кое-где рога носорогов используются и как поделочный материал: во Вьетнаме из него делают бусы, ожерелья, браслеты и даже посуду.

По подсчетам, за 2010–2016 годы в Южной Африке были убиты более шести с половиной тысяч носорогов, то есть чуть меньше четверти сохранившейся на континенте популяции (около 25 тысяч, или 80 процентов белых и 90 процентов черных носорогов на планете). Следует отметить, что на юге Африки обитает крупнейшая на планете популяция носорогов, суммарная численность трех видов азиатских носорогов — около трех тысяч особей.

Сейчас в некоторых заповедниках Южной Африки носорогов периодически усыпляют и отпиливают у них рог, чтобы они не стали жертвой браконьеров. Эта процедура для животных не опасна, а рог отрастает заново. С учетом этого южно-африканские исследователи предложили легализовать торговлю рогом. Это поможет уменьшить спрос на него и сохранить популяцию носорогов.

Но эту точку зрения поддерживают не все ученые и природоохранные организации. Тем не менее, к сторонникам легализации присоединилось правительство южноафриканской страны Эсватини (бывший Свазиленд). Решение о легализации торговли рогом, возможно, будет принято на очередной конференции СИТЕС в августе этого года.

Помимо мер по охране редкой фауны природоохранные и неправительственные организации Китая занимаются социальным маркетингом. Они пытаются убедить приверженцев ТКМ использовать заменители вместо частей тела диких животных. Постепенно результаты их усилий дают о себе знать.

Так, опрос жителей Пекина трехлетней давности показал, что большинство респондентов по-прежнему отдают предпочтение препаратам на основе частей тела диких животных перед заменителями или лекарствами, изготовленными из животных, выращенных на фермах. Однако если речь идет о редких видах, таких как тигры или медведи, приверженцы народной медицины готовы удовлетвориться заменителями.


Екатерина Русакова

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.