На это указали остатки зародышей и птенцов, найденные на Аляске
Птицы начали гнездиться в полярных регионах уже в конце мела. К такому выводу пришли палеонтологи, изучив окаменелости с формации Принс-Крик, расположенной на севере Аляски. Они обнаружили здесь кости ихтиорнисов, гесперорнисов и многочисленных пернатых современного типа — в том числе зародышей и птенцов. До этого самыми ранним свидетельством размножения птиц вблизи полюсов считались остатки неполовозрелых пингвинов возрастом 40,5-46,5 миллиона лет с антарктического острова Сеймур. Результаты исследования опубликованы в статье для журнала Science.
В Арктике и Антарктике каждый год гнездятся миллионы пернатых. Некоторые из них, например, тундровые куропатки (Lagopus muta), проводят вблизи полюсов весь год, но остальные, включая большинство морских птиц, куликов и гусеобразных, возвращаются сюда лишь на несколько весенних и летних месяцев, чтобы воспользоваться сезонным изобилием пищи и вывести потомство. Хотя, судя по данным палеонтологической летописи, птицы заселили полярные регионы уже в мезозое, самые ранние свидетельства их размножения здесь относятся лишь к эоцену. Речь о многочисленных остатках неполовозрелых пингвинов с геологической формации Ла-Месета на острове Сеймур у берегов Антарктического полуострова. Самым древним из них 40,5-46,5 миллиона лет.
Команде палеонтологов под руководством Лорен Уилсон (Lauren N. Wilson) из Музея Аляскинского университета в Фэрбенксе удалось продемонстрировать, что птицы начали гнездиться в полярных регионах намного раньше, чем указывали предыдущие находки. В центре внимания исследователей оказались окаменелости с формации Принс-Крик на севере Аляски. Ее возраст составляет 72,8 миллиона лет, что соответствует позднему мелу. В те времена север Аляски располагался на палеошироте 80-85 градусов северной широты и находился в зоне суровых по меркам мезозоя условий: зимой здесь в течение нескольких месяцев царила полярная ночь, температура периодически опускалась ниже ноля и изредка выпадал снег.
Анализ ископаемых с формации Принс-Крик выявил присутствие более 50 окаменевших костей и фрагментов костей древних птиц, которые относились по крайней мере к трем эволюционным линиям. Авторы обнаружили остатки одного вида ихтиорнисов (Ichthyornithes) и одного вида гесперорнисов (Hesperornithes) (обе эти группы были близки к предкам современных птиц и вымерли на рубеже мела и палеогена); а также многочисленных птиц современного типа из кроновой группы (Neornithes) или близких к кроновой группе.
По крайней мере 14 элементов скелета, изученных Уилсон и ее коллегами, судя по их пористой поверхности, принадлежали зародышам или птенцам. Компьютерная томография подтвердила эту идею. Кроме того, одну плечевую и одну бедренную кость авторы приписали неполовозрелым особям. Некоторых из обладателей всех этих костей авторам удалось идентифицировать. Например, один коракоид и десять цевок принадлежали представителям группы Ornithurae (она включает ихтиорнисов, гесперорнисов и птиц современного типа); две плечевые кости — гесперорнисам; а две предчелюстные кости — птицам современного типа или близким к ним.
Результаты исследования указывают, что в конце мела на севере Аляски обитало разнообразное сообщество птиц, в котором доминировали пернатые современного типа или близкие к ним. Последние многими деталями строения напоминали современных и вымерших представителей отряда гусеобразных (Anseriformes) — группы, которая, по современным представлениям, появилась уже в мелу. Авторы также продемонстрировали, что птицы начали гнездиться в полярных широтах еще до мел-палеогенового вымирания и примерно на 30 миллионов лет раньше, чем указывали предыдущие находки. Скорее всего, многие пернатые использовали район формации Принс-Крик только в теплые месяцы года, чтобы вывести птенцов, а с приходом холодов и полярной ночи улетали на юг (или, в случае нелетающих гесперорнисов, уплывали). Если гипотеза верна, то это самый древний известный пример сезонных миграций у птиц.
Интересно, что на формации Принс-Крик отсутствуют остатки энанциорнисов (Enantiornithes) (они напоминали настоящих птиц, но отличались от них строением передних конечностей и рядом других анатомических деталей) — доминирующей группы птиц мелового периода, которая населяла все континенты кроме Антарктиды и отличалась высоким разнообразием. Это согласуется с отсутствием находок этих древних пернатых в других регионах, которые в мелу располагались в высоких широтах. По мнению исследователей, энанциорнисы развивались слишком медленно для жизни в Арктике и Антарктике: их яйца подолгу инкубировались, а молодые особи не достигали размеров взрослых на протяжении нескольких лет. Таким образом, они, в отличие от птиц современного типа и их родственников, не смогли бы за несколько теплых месяцев вывести птенцов и дорастить их до готовности к дальним миграциям. Кроме того, даже взрослые энанциорнисы из-за особенностей рациона и линьки вряд ли смогли бы пережить холодные месяцы в полярных регионах.
Ранее мы рассказывали о том, как палеонтологи описали череп древней птицы Vegavis iaai, которая жила в Антарктиде в конце мелового периода, 69,2-68,4 миллиона лет назад. Анализ окаменелости подтвердил, что вегавис относился к отряду гусеобразных и находился в сестринских взаимоотношениях с кладой, включающей современных гусей и уток. Однако образом жизни эта древняя птица скорее напоминала гагар или поганок: она ныряла за рыбой и хватала ее длинным клювом.
Оно простирается на 1200 километров
Ученые обнаружили в районе разлома Диамантина на дне Индийского океана скопление из 480 точек с ископаемыми остатками клюворылых и усатых китов. В этом же месте располагаются пять точек с современными останками китов, которые заселены разнообразным сообществом живых организмов. Китовое «кладбище» простирается на 1200 километров, на глубине от 4616 до 7001 метров. Самым старым из найденных здесь ископаемых около 5,3 миллиона лет. Как отмечается в статье в журнале Nature, «кладбище», вероятно, сформировалось по нескольким причинам. В частности, клюворылые киты, судя по всему, часто охотятся у разлома Диамантина и время от времени умирают здесь, а рельеф этого района способствует накоплению их останков.