Лошадиный иммуноглобулин вызвал сывороточную болезнь у британца
Он лечился от апластической анемии
30-летний мужчина поступил в отделение неотложной помощи с двухдневной лихорадкой, незудящей сыпью и болями в лодыжках и колене. Он сообщил, что недавно ему поставили диагноз апластической анемии, по поводу которой десять дней назад он прошел курс лечения лошадиным антитимоцитарным глобулином. При осмотре температура его тела была 39,6 градуса Цельсия, при физикальном осмотре врачи отметили кореподобную сыпь на туловище и руках и пурпурную сыпь на ногах. На лице в области глаз был заметен легкий отек. Лабораторные исследования показали снижение уровня нейтрофилов, низкие уровни третьего и четвертого компонентов комплемента, С-реактивного белка в крови было 114 миллиграмм на литр (контрольное значение < 5). Пациенту поставили диагноз сывороточной болезни. Случай описан в The New England Journal of Medicine.
Сывороточная болезнь возникает в результате иммунопатологического процесса — реакции гиперчувствительности III типа, при которой антитела образуют с растворимыми антигенами иммунные комплексы, способными откладываться в стенке сосудов или базальных мембранах. Обычно болезнь возникает после терапевтического введения нечеловеческого белка (например, сывороток с антителами) и проявляется в виде триады лихорадки, сыпи и артралгии. После пятидневного курса лечения глюкокортикоидами симптомы у пациента прошли.
Можно ли спастись от сепсиса
Большинство инфекционных болезней, сопровождавших человечество с древнейших времен, отступили: благодаря вакцинации, антибиотикам и санитарии медицина научилась предотвращать инфекции и контролировать эпидемии. Впочем, есть среди них и то, что пережило медицинские революции. Сепсис, известный врачам со времен Гиппократа, по-прежнему остается одной из ведущих причин смерти в мире: даже в условиях хорошо оснащенной реанимации летальность при тяжелых формах сепсиса достигает 30–50 процентов. История борьбы с сепсисом — это история пустых надежд. За последние десятилетия множество перспективных препаратов провалились в клинических испытаниях, а прорывные протоколы интенсивной терапии подверглись пересмотру или отмене. Так есть ли надежда избавиться от «гниения крови»?