Блокировка пролактина не помогла самцам мышей сократить промежуток между спариваниями

Giphy.com

Исследователи опровергли популярную гипотезу о связи между гормоном пролактином и постэякуляторным рефрактерным периодом — промежутком времени после семяизвержения, когда эрекция невозможна. В ходе экспериментов с двумя генетическими линиями мышей они показали, что искусственное увеличение концентрации пролактина в крови мышей не снижает их сексуальную активность. И наоборот, когда выброс гормона блокировали, продолжительность рефрактерного периода не снижалась. Как отмечается в статье для журнала Communications Biology, теперь специалистам придется заново искать механизм, лежащий в основе данного явления.

Мужчинам хорошо известно, что после семяизвержения эрекция на некоторое время становится невозможной. Чтобы перейти к следующему половому акту, приходится подождать. Ученые называют этот промежуток времени постэякуляторным рефрактерным периодом и предполагают, что данная особенность не допускает слишком частых совокуплений. В результате концентрация сперматозоидов в семенной жидкости не снижается, что увеличивает шансы на оплодотворение. Продолжительность данного периода отличается от человека к человеку и зависит от таких факторов, как возраст и появление нового сексуального партнера.

Согласно популярной гипотезе, за постэякуляторный рефрактерный период ответствен гормон гипофиза пролактин. Хотя это соединение обычно ассоциируется с производством молока у женщин, специалисты описали более сотни физиологических эффектов, которые оно оказывает на представителей обоих полов. В частности, пролактин выделяется во время семяизвержений. Предположение о связи пролактина и рефрактерного периода успело попасть в учебники и широко распространилось в популярной литературе, однако некоторые исследователи считают его недостаточно обоснованным.

Разобраться в данном вопросе решила команда специалистов во главе с Сусаной Лимой (Susana Q. Lima) из Центра изучения неизвестного Фонда Шампалимо. В качестве объекта изучения они выбрали домовых мышей (Mus musculus), сексуальная активность которых напоминает человеческую. Исследователи провели ряд экспериментов с двумя генетическими линиями мышей, лабораторными BL6 и дикими PWK. Самцам из первой линии на восстановление после эякуляции требуется до нескольких дней, в то время как самцы из второй линии могут повторно спариться с той же самкой уже через полчаса.

На первом этапе авторы с помощью высокочувствительной методики подтвердили, что у самцов из обеих линий во время семяизвержения происходит выброс пролактина в кровь. При этом во время стресса или социальных взаимодействий данный гормон не выделяется.

Чтобы выяснить, действительно ли выброс пролактина провоцирует постэякуляторный рефрактерный период, Лима и ее коллеги повысили уровень данного гормона у подопытных мышей до начала полового акта. Для этого животным сделали инъекции домперидона, антагониста дофаминовых рецепторов (дофамин ингибирует высвобождение пролактина). В результате данной манипуляции концентрация пролактина в крови мышей резко повысилась, достигнув значений, которые были отмечены сразу после эякуляции.

Затем исследователи сводили обработанных и необработанных самцов с готовыми к спариванию самками. Понаблюдав за их поведением, специалисты выяснили, что инъекция домперидона никак не влияет на сексуальную активность мужских особей мышей. Большинство самцов приступили к совокуплению с самками и смогли достичь эякуляции, хотя уровень пролактина у них оставался высоким. Иными словами, выброс пролактина не вызвал у самцов мышей состояния, подобного постэякуляторному рефрактерному периоду.

В ходе дополнительного эксперимента Лима и ее коллеги ограничили выброс пролактина, введя мышам бромокриптин — стимулятор дофаминовых рецепторов. В случае, если бы пролактиновая гипотеза была верна, самцы, получившие инъекцию данного вещества, смогли бы быстрее восстановить сексуальную активность после семяизвержения. Хотя бромокриптин действительно остановил рост концентрации пролактина у подопытных мышей из обеих линий (его уровень не отличался до и после эякуляции), это не сократило продолжительность постэякуляторного рефрактерного периода. Инъекция не изменила долю самцов, достигших эякуляции, а также восстановивших сексуальную активность в течение двух часов после нее. 

Таким образом, хотя пролактин действительно высвобождается во время эякуляции, его выброс в кровь не является ни достаточным, ни необходимым для постэякуляторного рефрактерного периода у мышей. Хотя результаты, полученные на грызунах, нельзя автоматически переносить на человека, авторы полагают, что распространенную идею о том, что пролактин подавляет эрекцию после совокупления, можно считать опровергнутой. Теперь специалистам придется искать новый механизм, который объяснял бы постэякуляторный рефрактерный период.

В организме женских особей мышей после спаривания также происходит выброс гормона пролактина. Как показало недавнее исследование австралийских и новозеландских ученых, это влияет на организм мыши-самки, даже если она не беременеет. В экспериментах самки, которые спаривались, не рожая, в дальнейшем оставляли больше потомства, но умирали раньше. 

Сергей Коленов

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.