Людям понравились похожие на них вымышленные злодеи

Людям нравятся вымышленные отрицательные персонажи, похожие на них самих, а сходство с реальными злодеями неприятно для человека. Дело в том, что ассоциация себя с персонажем книги или фильма не несет угрозы для самооценки и тому, как человек выглядит в глазах других. Если же сравнение происходит в ситуации социальной уязвимости, то интерес к похожим злодеям падает. Ученые пришли к таким выводам в результате анализа данных онлайн-сервиса CharacTour и целого ряда психологических исследований. Статья опубликована в журнале Psychological Science.

Мы не любим сравнения с людьми, которые обладают неприятным характером и другими отрицательными чертами. Это может поставить под сомнение нашу внутреннюю картину себя, а ее мы стремимся создавать исключительно в положительных тонах. Однако сравнение себя с персонажами выдуманных сюжетов, книг и фильмов безопасно, так как пространство историй отдалено от реальности. А значит, можно примерять на себя роли неприятных, злых или слабых персонажей без ущерба самооценке.

Ребекка Краузе (Rebecca Krause) и Дерек Рукер (Derek Rucker) из Северо-Западного университета предположили, что людям будут больше интересны выдуманные злодеи, которые похожи на них. Чтобы проверить гипотезу, ученые провели ряд исследований. В первом проанализировали данные компании CharacTour. После заполнения анкеты этот онлайн-сервис показывает пользователям подборку персонажей популярной культуры, которые похожи или непохожи на них. В профилях персонажей подробно описаны их судьба и характер, им можно ставить оценки или лайки. Персонажей разделили на злодеев (в эту категорию попали Джокер и Дарт Вейдер) и остальных (к ним отнесли, например, Джо Триббиани и Йоду). На момент анализа в сервисе было почти четыре тысячи персонажей и больше 200 тысяч пользователей.

Среди поклонников персонажей с определенной чертой характера основная доля принадлежала пользователям, которые тоже обладали этим свойством согласно анкете (p < 0,001); зависимость значительно усиливалась для персонажей-злодеев (p < 0,001). Отрицательные персонажи привлекают людей, если между ними есть сходство.

Во втором исследовании приняли участие сто студентов Северо-Западного университета. Им предлагали пройти 14 онлайн-тестов, среди которых было четыре целевых: «На какого выдуманного злодея ты похож», «На какого исторического злодея ты похож» и два аналогичных, в которых можно было узнать свое сходство с героями. После прохождения теста участники заполняли анкету, с помощью которой исследователи оценивали, насколько комфортно добровольцам было проходить тест и примерять на себя образ реального или вымышленного злодея.

Участникам было комфортнее сравнивать себя с героями, а не с отрицательными персонажами, и с вымышленными злодеями по сравнению с реальными (везде p < 0,001). А вот то, насколько приятно было узнать сходство с героем, не зависело от того, существовал ли он на самом деле.

Целью третьего эксперимента было узнать, насколько сходство субъекта со злодеем влияет на интерес к нему, а четвертого — насколько интерес к отрицательному персонажу определяется его значимостью для субъекта. В каждом из двух исследований приняли участие около 400 жителей США. Им рассказали о несуществующей телевизионной программе с персонажем по имени Сэм, который оказывался либо героем, либо злодеем; во втором варианте Сэм был главным отрицательным персонажем.

Участники исследования выбирали из списка характеристик Сэма четыре наиболее близких им самим. В списках были либо только положительные черты, либо только плохие. В конце добровольцы отвечали на несколько вопросов: хотели бы они посмотреть эту передачу, насколько Сэм похож на них и является ли он хорошим или плохим человеком. Во втором варианте (четвертом эксперименте) участники также оценивали, насколько Сэм значим для них.

Желание людей посмотреть программу (отражает заинтересованность в персонаже) зависело от того, насколько персонаж оказывался похожим на них самих (p < 0,001). При чем не имело значения, представляли ли Сэма как героя или злодея. Зато на интерес влияла значимость персонажа (p < 0,001). Когда этот фактор учли, схожесть субъекта с персонажем оказалась неважной. Это значит, что интерес к злодею опосредован тем, насколько он внутренне значим для человека. Возможно, поэтому схожесть с выдуманными злодеями не отталкивает, в отличие от реальных людей.

Авторы работы предположили, что люди охотнее признают сходство с вымышленным злодеем, потому что такая ситуация безопасна для них. Ощущение уязвимости возникает в социуме, когда человек подозревает, что о нем могут подумать «плохое». Ученые проверили, как люди реагируют на сравнение с отрицательным персонажем в условиях, когда их оценивают другие.

В пятом исследовании снова приняли участие около 400 американцев. Сначала им давали прочитать выдержку из научного исследования о том, что люди склонны подозревать полное сходство одного человека с другим, если у них есть общие черты. Так участников настраивали на заботу о впечатлении, которое они производят на других людей. Затем добровольцам показывали тестовое сообщение «от близкого друга», в котором тот либо просто рекомендовал фильм под названием «Расщепленный разум» (Fractured Mind), либо добавлял, что главный злодей этого фильма очень похож на самого добровольца. Затем участники рассматривали постер фильма и оценивали, насколько им было бы интересно посмотреть его в одиночестве или на первом свидании.

Вне зависимости от того, какое сообщение «друга» читали добровольцы, их интерес к фильму был значительно ниже (p < 0,001), если его предлагали посмотреть на первом свидании (в условиях уязвимости). Если «друг» указывал на сходство субъекта с главным злодеем, участники исследования были еще меньше заинтересованы в просмотре фильма на первом свидании (p = 0,012).

В заключение авторы приводят пример с персонажами «Гарри Поттера»: сходство со злодеем Волдемортом неприятно для Гарри, а вот читателю книги оно может показаться интересным.

Иногда положительные персонажи оказываются более кровожадными чем злодеи. Оказывается, для супергеройских фильмов это — отчетливо выраженная тенденция. Люди вообще склонны неодинаково оценивать добрые и плохие поступки: в первых мы склонны искать рациональную причину, а вторые чаще объясняем злым умыслом.

Алиса Бахарева

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.
В зрительной коре нашлись нейроны еды

В вентральном зрительном потоке есть нейроны, реагирующие на изображения еды, выяснили американские ученые. Они распознали нейронные сигналы, которые при стандартном анализе данных фМРТ, по всей видимости, заглушались другими близко расположенными популяциями. Скопления нейронов еды обнаружены с двух сторон от той области ветеренообразной извилины, которая отвечает за распознавание лиц. Оказалось, что они сильнее реагируют на готовые блюда, например, пиццу, но сырые овощи или фрукты также вызывают их ответ. Статья опубликована в журнале Current Biology.