11 сентября на сайте препринтов arxiv.org вышла статья венгерских математиков Геренчера и Харанги, в которой была принципиально улучшена оценка снизу в задаче Данцера и Грюнбаума. Интересно, что важную роль в решении этой задачи сыграло её обсуждение на математическом форуме dxdy.ru. Об этом рассказал на своей странице в фейсбуке математик Арсений Акопян.
Около 1950 года математик Пауль Эрдёш предположил, что в Rd мерном пространстве в любом множестве, содержащем более 2d точек, обязательно найдутся три такие, которые будут определять тупой угол. Действительно, d-мерный куб содержит 2d точек, все углы в нем прямые, и если немного пошевелить его вершины или добавить к нему хотя бы еще одну точку, возникнет тупой угол (а может быть, и не один). Естественным образом возникает вопрос: сколько точек может содержаться в множестве, чтобы все образуемые ими углы были острыми? Такие множества называются острыми (ОМ).
В пространствах небольшой размерности максимальные острые множества найти несложно. Например, очевидно, что в R2 максимальным ОМ является равносторонний треугольник (3 точки), в R3 — немного сплюснутая равнобокая бипирамида (5 точек). Этот ряд легко продолжить и найти в Rd ОМ, состоящее из 2d - 1 точек. Этот результат получили в 1962 году Данцер и Грюнбаум. Тогда же они высказали гипотезу, что число N = 2d — 1 в точности равно максимальному возможному числу точек ОМ в Rd.
Долгое время эту оценку не удавалось улучшить, однако в 1983 году Пауль Эрдёшь и Золтан Фюреди построили контпример к гипотезе Данцера-Грюнбаума. С помощью методов вероятностной геометрии они получили экспоненциально растущую оценку (N ~ 0.5 × 1.15d), которая превосходила полученное ранее значение при d = 35. (Подробнее о применении вероятностных методов к этой задаче можно прочитать в брошюре Райгородского) В 2010 году результат был дополнительно улучшен Виктором Харанги до N ~ c × 1.2d.
В мае этого года московский школьник Дмитрий Захаров значительно улучшил оценку снизу, построив простой контрпример к гипотезе (его доказательство занимает менее страницы). Суть метода заключалась в том, чтобы определенным образом «раздваивать» точки острого множества из d-мерного пространства, вложенного в пространство (d+2)-мерное. При d = 2 и d = 3 значения для N мы знаем, и по индукции получаем, что в произвольной размерности N > 2d/2. В июле у Захарова вышла еще одна статья, в которой он приводит оценку N > 1.618d.
Мы писали о первой работе Захарова, и наша новость попала на математический форум dxdy.ru, где вызвала живой интерес. Форумчанин grizzly предложил строить острое множество, отталкиваясь не от пирамиды, как Данцер и Грюнбаум, а от куба. Он рассматривал (d-1)-мерный куб, вложенный Rd, как основание некоторой пирамиды, добавлял к нему отдаленную точку и двигал вершины куба вдоль последней координаты так, чтобы полученное множество стало острым. Таким образом, ему удалось получить в R4 ОМ, состоящее из 9 точек, а в R5 — из 17. В связи с тем, что метод принципиально не меняется при переходе к большим измерениям, grizzly высказал предположение, что размер максимального ОМ можно оценить снизу как N = 2(d — 1)+1.
Доподлинно неизвестно, что произошло дальше. Судя по всему, Геренчер и Харанги узнали о предположении grizzly и решили доказать его строго. Для этого они рассмотрели сдвиги вершины (d-1)-мерного единичного гиперкуба вдоль трех различных типов координат и нашли такие значения параметров сдвига, при которых куб переходил в острое множество. Затем, как они говорят в статье, математики также добавили «вишенку на торте» — точку, находящуюся на некотором отдалении от куба. В своей работе они ссылаются на форум, где была высказана гипотеза, и упоминают, что «математический энтузиаст пожелал остаться анонимным».
Пауль Эрдёш — один из самых известных математиков XX века. За свою жизнь он написал более 1500 статей, из которых около пятисот в соавторстве. Такая высокая продуктивность привела к возникновению полушутливого понятия о числе Эрдёша — длине кратчайшего пути между математиком и Эрдёшом через совместные статьи. Обычно выдающиеся математики имеют небольшие числа Эрдёша, например, для математика — лауреата филдсовской премии оно в среднем равно трем.
Дмитрий Трунин
Что тяготило и восхищало Дэвида Гильберта
Мнение редакции может не совпадать с мнением автора
На рубеже XIX—XX веков в результате открытия парадоксов теории множеств стало очевидно, что логические и философские основы математики несовершенны и требуют переосмысления. Это стало причиной ожесточенного интеллектуального противостояния, участники которого по-разному стремились устранить обнажившиеся противоречия. В книге «Великая математическая война. Как три блестящих ума сражались за основания математики» («Издательство Института Гайдара»), переведенной на русский язык Артемом Смирновым, журналист Джейсон Сократ Барди рассказывает, как математики Давид Гильберт (формализм), Бертран Рассел (логицизм) и Лёйтзен Эгберт Ян Брауэр (интуиционизм) состязались за право определить вектор развития этой дисциплины в XX веке. Предлагаем вам ознакомиться с фрагментом, в котором Давид Гильберт раздумывает о возможности аксиоматизировать математику и включается в поиск уравнений общей теории относительности.