«Альпина Паблишер»

Книжное издательство

«“Игра престолов” и психология: Душа темна и полна ужасов»

Аккурат к премьере заключительного сезона главного сериала современности в издательстве «Альпина Паблишер» выходит книга «Игра престолов» и психология: Душа темна и полна ужасов». Ее авторы — эксперты в области психологии и вместе с тем преданные фанаты сериала — кропотливо разбираются в мотивациях, патологиях, извращениях и травмах героев Вестероса. Специально для своих читателей N + 1 публикует главу «Утрата и скорбь. Как Старки встречают смерть» в переводе Анны Китаевой. Из нее читатель узнает о том, как Нед Старк принимал неизбежность собственной смерти, каким образом его кончина коснулась членов семьи, друзей и врагов, а также почему, в конце концов, зритель не остается равнодушным к гибели выдуманных персонажей.


Утрата и скорбь. Как Старки встречают смерть

Я вырос среди солдат. И я обучен умирать давным-давно.
Эддард Нед Старк

Ошибок не бывает, как не бывает и простых совпадений; любое событие — это благословение, данное нам, чтобы извлечь урок.
Психиатр Элизабет Кюблер-Росс

Смерть человека имеет множество последствий для тех, кто вовлечен в его жизнь. В «Песни Льда и Пламени» и «Игре престолов» чья-либо смерть для одних — потрясение, а для других — повод отпраздновать. Без сомнения, реакция персонажей подобна нашей, реакции живущих в реальном мире. Как неизбежность собственной кончины повлияла на Эддарда Неда Старка, какие последствия имела его смерть для членов семьи и для других людей в Вестеросе? Насколько сильно различаются люди по их отношению к смерти, как ввиду ее неизбежности, так и после кончины близкого человека?


Смерть и умирание

Переживание утраты бывает трудным, обескураживающим, но иногда приносит неожиданности. Люди испытывают наплыв самых разнообразных эмоций, когда воспоминания об умершем заполняют их мысли. Элизабет Кюблер-Росс, американский психиатр швейцарского происхождения, первой обратила внимание на то, что медиков не обучают, как обращаться с умирающими. Работая в больницах, а затем преподавая в Чикагском университете, она обнаружила, что многие терапевты, хирурги, медсестры и студенты-медики, которым предстояло работать с неизлечимыми больными, не имели представления о том, как ухаживать за ними и общаться с их семьями. В процессе работы с пациентами Кюблер-Росс выделила пять стадий переживания горя, которые проходят больные и их близкие, столкнувшись с неизбежностью смерти. Человек не обязательно переживает все пять стадий, и Кюблер-Росс вовсе не предполагала, что они непременно должны сменять друг друга в строгой последовательности. Тем не менее, как правило, неизлечимо больные и их близкие проходят эти пять этапов осознания смерти в преддверии, во время и после кончины индивида. Одни и те же стадии характерны как для умирающих, так и для их остающихся в живых близких, хотя, по словам Кюблер-Росс, «единственный компонент, обычно присутствующий на всех стадиях, — надежда». Надежда — как для умирающих, так и для остающихся жить — единственное, что объединяет всех, кто переживает это событие.

Не важно, что становится причиной конца — болезнь или казнь: персонажи «Игры престолов» проходят те же самые стадии переживания горя. Их друзья, члены семьи, союзники и враги — все по-своему переживают эти этапы; осознание смерти человека не ограничено теми, кто находится в непосредственной близости к нему. Смерть героя напоминает каждому, что однажды наступит и его час, и это вызывает множество эмоций. Если мы сосредоточимся конкретно на Старках и их ближайшем окружении, то явственно увидим проявления всех пяти стадий: отрицания, гнева, торга, депрессии и принятия.


Отрицание

«Нет, этого не может быть!», «Только не я!». Отрицание неизбежности смерти — это защитная реакция человека, попытка укрыться от суровой истины. Все наше существование посвящено сохранению жизни, и известие, что эти действия вскорости окажутся бесполезными, идет вразрез с картиной реальности, которую мы поддерживаем на протяжении всей жизни. Мы кормим свое тело, даем ему еду и питье, мы омываем его водой, чтобы содержать в чистоте и уберечься от болезней, мы стремимся к радости — все это служит для укрепления жизни и поддержания духа.

Зигмунд Фрейд утверждал, что наше чувство собственного «Я» хрупко и любая значительная угроза этому чувству будет встречена защитой. Ложное обвинение, неудача и даже сама смерть — все они угрожают самооценке индивида, его убежденности в том, что он все делает правильно. Мы активно ищем доказательства, что здоровы и счастливы, одновременно защищая себя от того, что противоречит этой картине мира. Подобные модели поведения называются защитными механизмами психики. Это и физическое выражение защитного механизма отрицания: Арья не видит смерть отца своими глазами, отчего событие становится для нее чуть менее реальным. Это спасает человека от переживания полного ужаса, который испытывает непосредственный свидетель — например, Санса, которая не отводит взгляд, когда отцу рубят голову.


Гнев

Когда реальность все-таки вторгается в сознание, человек чувствует это как нападение на свое осознание себя и жизни и реагирует гневом. Гнев может быть направлен вовне — на умирающего, на тех, кто о нем заботится, на высшую сущность, на болезнь или причину смерти, а может обратиться внутрь, на самого индивида, переживающего утрату. Оба взрослых сына Неда реагируют гневом на известие о казни отца.

Если убит кто-то близкий, оставшийся в живых может испытывать жажду мести. Гнев, как и отрицание, также защитный механизм. Нападая на то, что привело к гибели близкого человека, индивид словно бы предотвращает возможность того, что это случится с ним самим. То есть вспышка гнева дает оставшемуся в живых ощущение защиты от зла, вызвавшего болезнь или смерть близкого, и надежду с ним покончить. В «Игре престолов» много персонажей, чей гнев питает жажду мести и часто приводит к актам насилия.

Робб набрасывается с мечом на дерево; в слезах и гневе он кричит: «Я убью их всех, всех! Я их убью!». Джон Сноу клянется отомстить королю. Он обсуждает свои действия с Джиором Мормонтом, лордом-командующим Ночного Дозора. Понимая, что гнев Джона не решит проблему, Джиор спрашивает его: «Разве это вернет Неда?» Затем Джиор переводит внимание Джона на дела Ночного Дозора, игнорируя его тяжелую утрату. Джон находит ободрение и братскую поддержку у товарищей по Ночному Дозору и осознает тщетность своего гнева — в отличие от Робба, который не в состоянии отпустить свою ярость и ослеплен ей в тот момент, когда выбирает путь мщения виновным в смерти отца.


Торг

Чувство беспомощности и отрицание неизбежности смерти в сочетании с чувством уязвимости перед болезнью или событием, приведшими к кончине близкого человека, ведут к желанию получить больший контроль над своей жизнью. Оно проявляется в форме торга, когда человек стремится избежать неизбежного, предлагая замену смерти. «Давайте проведем второй курс лечения» и «А такой вариант вы пробовали?». Намерения благие, но, когда все признаки указывают на близость кончины, попытки выиграть время бесполезны. В восьмом эпизоде п ервого сезона телесериала Санса умоляет Джоффри пощадить ее отца. Она соглашается с тем, что Нед должен понести наказание за якобы совершенную измену, но просит Джоффри избавить его от смерти. Санса, не имеющая никакого контроля над ситуацией, пытается выторговать отцу жизнь, и это совершенно бесполезная попытка, что очень печально.

Торг может принимать форму мольбы в последний раз почувствовать себя живым перед концом. Кюблер-Росс рассказывает историю больной раком оперной певицы, которая попросила дать ей спеть в последний раз, прежде чем удаление зубов и лучевая терапия окончательно лишат ее возможности петь. Это попытка контролировать ситуацию, над которой в действительности у человека уже нет власти. Назначая условие, или «окончательную черту», как это называет Кюблер-Росс, человек может почувствовать проблеск надежды, что все может быть не так плохо, как ему казалось.


Депрессия

Кюблер-Росс указывает, что на этой стадии возникает два разных типа депрессии — реактивная и подготовительная, — и отмечает, что в процессе переживания горя оба типа одинаково важны для перехода к заключительному этапу. Реактивная депрессия — это ответ на потери, уже понесенные человеком. Утрата физической дееспособности, вызванная параличом, потеря финансовой стабильности из-за растущих счетов за медицинские услуги и сокращение времени пребывания дома в результате нахождения в больнице — вот примеры потерь, которые несут умирающие. В этот период лучший способ помочь умирающему человеку справиться с его потерями — предложить поддержку. Взять на себя обязательства, выполнять поручения и всячески содействовать повседневному функционированию — все это может поднять дух человека, который несет как физическое бремя болезни, так и психологическое бремя близости смерти.

Депрессия второго типа, подготовительная, наступает, когда умирающий думает о неминуемых потерях в будущем. Ему предстоит расстаться со всем вокруг, со всеми, кого он любит, окончить свое существование в этом мире. В данный период Кюблер-Росс советует не стараться подбадривать умирающего или переключать его внимание на светлую сторону жизни; он скорбит о реальных потерях, которые нельзя игнорировать, поэтому любая попытка ввести его в заблуждение встретит обоснованное сопротивление. Варис несколько раз посещает Неда Старка в заточении, и Нед сталкивается с подготовительной депрессией, когда узнает о событиях за пределами темницы. Его сын Робб готовится к войне, его дочь Арья пропала, его дочь Санса — на стороне короля Джоффри. Нед понимает, что бессилен повлиять на экстремальные действия, предпринимаемые его родными в ответ на то, что он схвачен и объявлен виновным. Похоже, в этот момент Нед вдруг осознает, как жизнь будет продолжаться без него, и срывает злость на Варисе, принесшем новости.

Почему нас так глубоко трогает горе персонажей?

Мы устанавливаем эмоциональную связь с вымышленными персонажами, потому что видим в них нечто напоминающее наши собственные переживания. В психологии есть такое понятие, как гештальт-фигура — неполная фигура, которую наше сознание автоматически пытается завершить. Если определенным образом расположить три угла близко друг к другу, человеческий мозг восполнит пустые места, продолжит линии и представит цельную фигуру, треугольник, потому что постоянно ищет предсказуемые, надежные модели. Однако этой завершенной фигуры в действительности не существует — она существует только в уме человека. Вымышленный персонаж, такой как Нед Старк, подобен этой фигуре тем, что мы лишь кратко наблюдаем за ним и некоторыми эпизодами его жизни. Мы узнаем, что он храбр, честен и борется с людьми, которые обманывают его. Мы видим, как ему лгут, мы видим его спокойные размышления наедине с собой, видим, что его побуждения благородны. Однако это лишь краткие моменты его дня, ведь в пятидесятиминутной серии лишь десять минут отдано герою, жизнью которого мы проникаемся. Но мы воспринимаем его историю как непрерывную — в течение нескольких часов, дней, недель и даже дольше. Кто заполняет пустые промежутки времени? Мы сами. Когда мы следим за историей вымышленного персонажа, мы проецируем самих себя в моменты, которых не видим, опираясь на виденное, и таким образом участвуем в совместном с авторами создании жизни персонажа. Подобно тому как мозг пытается заполнить пробелы неполной фигуры, чтобы воспринять ее как треугольник, он заполняет пробелы неполной истории, чтобы понять персонажа.

Утешение умирающих и их близких может помочь самому утешающему, вернуть его назад, на стадию отрицания, поскольку светлая сторона вещей отторгает печальную реальность. Однако, как уже было сказано, здесь не помочь просто добрыми словами. Кюблер-Росс указала: депрессия необходима для подготовки человека к заключительной стадии переживания горя, к принятию. Именно через депрессию умирающие и их близкие полностью осознают неизбежное и могут увидеть вещи такими, каковы они в действительности, — это финал.


Принятие

Последней стадией в осмыслении неизбежной смерти, своей или другого человека, является принятие. Смирение не следует путать с радостью, когда человек доволен происходящим; скорее, «оно почти лишено чувств». Для умирающего это выражается в уменьшении интереса к событиям жизни. Он больше обычного тратит времени на сон, выглядит более отстраненным от повседневности и менее разговорчивым. Данный этап можно рассматривать как нахождение внутреннего спокойствия — спокойствия столь глубокого, что даже серьезные проблемы в жизни других больше не имеют смысла для него. В этот период умирающий может захотеть, чтобы его навещало меньше людей, а те, кто рядом, сидели у его постели молча, тем самым свидетельствуя, что будут с ним до самого конца.

Нед Старк выполняет эту роль для Роберта Баратеона, лежащего на смертном одре. Роберт знает, что вот-вот умрет, и говорит окружающим: «Я хочу, чтобы на похоронах был пир, какого еще не видели, и чтобы все попробовали кабана, который меня уложил». Затем он отсылает Серсею и других прочь, чтобы остаться с глазу на глаз с Недом, единственным человеком, которому всегда доверял — доверял, насколько это вообще возможно для короля. Роберт говорит о сокровенном с лучшим другом, который тихо сидит и слушает, как король высказывает свои последние желания. И, смирившись с неизбежным, слабый и измученный, Роберт просит Неда уйти и дать ему умереть. Это момент принятия смерти и для умирающего, и для того, кто остается жить.

Кюблер-Росс отметила, что друзья, члены семьи и медицинский персонал могут побуждать человека «сражаться до самого конца», не оставлять надежду, упорствовать вопреки трудностям. Хотя со стороны посыл может казаться благородным, по мнению Кюблер-Росс, это лишь нежелание покинуть стадию отрицания, гнева или торга. Такая позиция не дает человеку достичь стадии смиренного принятия своей судьбы и умереть спокойно и достойно.

Многие уговаривают Неда согласиться с условиями помилования, которое его дочь вымаливает у короля Джоффри, полагая, что так продлит жизнь отца, но Нед поддается неохотно: он — воин и давно свыкся с тем, что смертен. Зато другие до конца рассчитывают на сделку, не в состоянии принять его смерть. Это точно иллюстрирует современные исследования модели горевания по Кюблер-Росс: люди могут переходить на стадию принятия смерти и покидать ее в любой момент, когда связанный с причиной горя дистресс отсутствует. Нед уже находился на стадии принятия, но вернулся на более ранний этап, согласившись на торг. В переживании смерти принятие может оказаться не последней фазой, поскольку различные факторы влияют на нежелание индивида перейти на этот этап. Один из таких факторов — разница между насильственной и ненасильственной смертью; может потребоваться более трех месяцев, чтобы смириться с насильственной смертью близкого человека, в отличие от более короткого промежутка времени после смерти от естественных причин.


Разная реакция Старков

Смерть Неда Старка затрагивает его семью, друзей и врагов различными способами. В нескольких эпизодах мы наблюдаем персонажей, которые проходят через пять стадий переживания смерти по Кюблер-Росс. Отрицает ли индивид неизбежность смерти, откликается ли сильным гневом и желанием отомстить, торгуется, предается депрессии или принимает неизбежное — нет единственно верного способа воспринимать смерть. По словам Кюблер-Росс, каждый столкнется с этапами горевания в какой-то момент своей жизни, в преддверии собственной кончины или смерти другого человека. Смерти страшатся многие, но проживание данных эмоциональных стадий может напомнить нам, что все мы люди, позволив полнее осознать конечную природу нашего пребывания в своих телах.


Подробнее читайте:
Лэнгли Трэвис «Игра престолов» и психология: Душа темна и полна ужасов» / под ред. Трэвиса Лэнгли ; Пер. с англ. [Анны Китаевой, под редакцией Марии Брауде] — М.: Альпина Паблишер, 2019. — 316 с

Ранее в этом блоге

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.