Кирилл Кутузов

Сценарист

Во имя науки: за что мы любим комиксы Стэна Ли

Скончавшийся 12 ноября Стэн Ли заслужил себе место в пантеоне богов поп-культуры умением думать вне рамок, собирать вокруг себя талантливых людей, пробивать корпоративные стены и общаться со своими читателями так, как больше никто не умел. Однако в мире, созданном Стэном Ли, — супергеройской вселенной Marvel — известность и славу (или ненависть и зависть) приносили нежелательные мутации, побочные эффекты радиации и прорывные изобретения. Главный талант Ли заключался не в том, что он сумел создать удивительно притягательный фантастический мир, а в том, что в его вымышленном мире отражались чудеса мира настоящего.

Стэн начал работать в комикс-индустрии в период, который принято называть Золотым веком. Это было время первичного накопления тем и идей. Загадочный персонаж, швыряющийся автомобилями на обложке нового журнала, мог внезапно стать суперзвездой и принести издателям состояние. Ну, а герой, лупивший Гитлера еще до вступления Штатов в войну, мог превратиться в патриотическую икону, на которой, как на портрете Дориана Грея, проступают следы рефлексии американского народа по отношению к национальным идеям и символам.

До середины сороковых издатели терзали своих редакторов и авторов, надеясь, что очередной герой в маске и плаще станет любимцем Америки. Авторы же как могли тасовали известные им образы, воруя награбленное и перекрашивая персонажей, как ворованные машины.

Одни герои обретали сверхспособности, заручившись возможностями магии, другие — благодаря тренировкам и хитроумным устройствам, третьи — вооружившись последними достижениями науки, и какое-то время все это были допущения одного порядка. Для мальчишек и девчонок, в чьем мире журналы с комиксами были одним из самых ярких впечатлений, надышаться паров в химической лаборатории или обнаружить волшебный тотем во время экспедиции в Африку — все это были одинаково фантастические перспективы.

Тем не менее, бум супергероики утих сравнительно быстро, и оказалось, что читателям куда ближе крайм-комиксы о бандитах и копах, а также хорроры о мстящих полотнах и хранителях склепов. Какое-то время казалось, что следующие звездные персонажи мира комиксов будут героями вестернов или историй о романтических терзаниях молоденьких медсестер, но в 50-е издательство National Publications начало восстанавливать былую славу плащей и масок.

Капитан Америка в последних номерах своего журнала попадал в ад, чтобы понравиться поколению фанатов ужастиков (или не появлялся вовсе), а Супермен имел собственный сериал на ТВ. Но даже этих, не утративших популярность, героев нужно было модернизировать, а что может быть современнее, чем наука, особенно если подавать открытия и явления так, как это делает пресса — как чудо или чуму? Можно подчеркнуть, что чудесное зрение Супермена обладает рентгеновской природой, или столкнуть героев с вышедшими из-под контроля механическими чудесами. Однако суть от этого не изменится — наука останется все той же магией, пусть и немного более стильной и актуальной.

Редактор DC Джулиус Шварц руководил журналами Strange Adventures и Mystery in Space, которые, помимо историй о покорителях космоса и атомных рыцарях, буквально пичкали школьников научными фактами. Это были отличные комиксы, с увлекательными сюжетами, прекрасно нарисованные. На Шварца работали лучшие сценаристы того времени, в том числе и великий фантаст Эдмонд Гамильтон. Но при этом комиксы Шварца были уроками химии с увлекательными опытами… А комиксы Стэна Ли давали конкретные советы: как вывести двойку из дневника, собрать пугач или удалить пятно с рубашки перед свиданием. Наука в DC была отдельным миром увлекательных фактов, в духе «это интересно знать», а наука в Marvel — грозной силой, которую под силу обуздать человеку.

Стэн Ли, среди прочего, выпускал роскошные монстр-комиксы, чудовища которых черпали силы из той же наукообразной магии, что и современные им герои. Но с выходом одного особенного комикса, выглядевшего, на первый взгляд, как очередной фильм категории Б о борьбе с циклопическим монстром, наука перестала быть магией, да и комиксы изменились раз и навсегда. Этот журнал назывался «Фантастическая четверка».

Эту работу сценариста Ли и художника Джека Кирби называют революционной по многим причинам. Герои «Четверки» — не очередные бойскауты-переростки без страха и упрека, а живые люди со своими страхами и комплексами, способные подраться не только со злодеем, но и с товарищем. Не менее важно и то, что в истории о докторе Риде Ричардсе и его команде наука перестала быть современной формой магии и превратилась в фактор, влияющий на жизнь героев.

Комиксы Стэна Ли, выходившие в так называемую «эпоху Marvel», подкупали читателей тем, что как будто стирали границу между событиями сюжета и реальным миром. Будущая Фантастическая четверка решала отправиться в космос, чтобы обогнать «комми» в космической гонке. Человек-Паук, сняв маску, жил жизнью обычного нью-йоркского студента. Богатый оружейник Энтони Старк, надев костюм Железного Человека становился личным врагом могущественного политика, подозрительно похожего на Никиту Хрущева. А еще все эти герои не только сами были порождены наукой, но и увлекались ее достижениями.

Стэн Ли сделал обаятельными все стороны жизни своих персонажей — и без супергеройских масок они продолжали привлекать и очаровывать, потому что бóльшая часть этих героев занималась именно наукой, причем их служение было осознанным и довольно жертвенным.

Питер Паркер — он же Человек-Паук — жил наукой, посвящал ей все свое время и потому слыл среди одноклассников занудой и задавакой. Научные знания стоили ему друзей, зато помогали раз за разом побеждать врагов, например, с помощью изобретения несложных приборов.

Изобретатель Энтони Старк выбрался из плена лишь благодаря своим техническим навыкам, сшив себе костюм из металлических волокон и нашпиговав его миниатюрными транзисторами, способными на различные технологические чудеса. Однако именно его многочисленные патенты и оружейные производства делали его мишенью для саботажников и промышленных шпионов.

Доктор Брюс Бэннер спас мальчишку, попавшего на полигон для испытания новейшей бомбы, получил дозу облучения и начал превращаться в громадное чудовище со сложным характером. А спасенный им мальчик — Рик Джонс — твердо решил не только связать свою жизнь с наукой, но и стать помощником супергероев. Он собрал целую команду подростков-радиолюбителей, без участия которых, например, так и не появился бы отряд Мстителей.

Стэн Ли и его талантливые соавторы-художники на протяжении многих лет создавали персонажей, живших по законам нашего мира (избирательно, разумеется). Пусть в наши дни новым поколениям читателей комиксы Marvel 60-х годов кажутся чересчур условными, в то время они подкупали поклонников своей честностью, новым отношением к реальности. В отличие от других создателей комикс-индустрии той эпохи, даже самых талантливых, Стэн Ли стал героем глянца и студенческих кампусов — и взрослые дядьки, и подростки видели в нем своего человека, научившего комиксы, с их странной системой условностей, разговаривать на общепонятном и актуальном языке.

Едва ли «Звёздные Войны» вдохновили многих своих зрителей на покорение космоса, пусть комикс по мотивам этой саги и спас Marvel во времена, когда Стэн Ли отошел от издательских дел и занялся продвижением своих персонажей в другие медиа. А вот поклонники «Звездного пути» нередко шли по стопам своих героев — врачей и инженеров, чей героизм заключался в том, что они просто выполняли свою работу.

Стэн Ли и его персонажи сделали с несколькими поколениями читателей, а потом и зрителей, даже нечто большее — они доказали, что раз мир их комиксов создан по образу и подобию мира реального, то и реальный мир может быть куда интереснее, чем кажется. Комиксы Стэна Ли как будто испускали космические лучи, наделившие суперсилами Фантастическую четверку, — они позволили нам увидеть вокруг себя и в самих себе по-настоящему супергеройский потенциал.

Стэн Ли — сценарист, редактор, продюсер — как будто законсервировал себя, вернее, свой публичный образ. О том, что персонаж супергеройского комикса стареет, вспоминают лишь тогда, когда это необходимо для очередного сюжетного хода. Двенадцатого ноября нам пришлось вспомнить о том, что Стэн давно и тяжело болел, что он — в отличие от своих персонажей — не бессмертен. Но для образа Стэна смерть — сомнительный удар, ведь выпуски комиксов, в которых важные герои умирают, как правило, хорошо продаются.

Ранее в этом блоге

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.