Зеленый кот

Зачем просыпается по утрам Илон Маск?

Успех первого запуска тяжелой ракеты Falcon Heavy вызывает у потомков и соотечественников Гагарина и Королева естественный вопрос: а можем ли мы так? И если нет, то почему? На эти вопросы отвечает блогер и популяризатор космонавтики Виталий «Зеленый кот» Егоров.

Пуском Falcon Heavy Маск не сделал ничего фантастического. В нашей стране такое делали Сергей Королев, делал Глушко. Не в смысле запуска кабриолетов на межпланетные траектории, а в плане реализации сложных космических проектов, которые вдохновляли граждан СССР и других стран мира. Технический и научный потенциал, заложенный в Советском Союзе в нашей космической отрасли, во многом сохранен. Но это Маск показывает шоу, а мы смотрим со стороны на фантастическую картину электромобиля в космосе и возвращающиеся на Землю ракеты.

Может ли «Роскосмос» запустить автомобиль к Марсу? Да, такие технические возможности есть. Скафандры тоже имеются. Собственно, 23 декабря 2014 года это и произошло, когда с космодрома «Плесецк» запустили ракету «Ангара-А5» с двухтонным «неотделяемым габаритно-массовым макетом полезной нагрузки». То есть, с технической точки, зрения разницы никакой. Только у SpaceX вернулись на землю боковые ускорители для повторного использования и ракета в три раза грузоподъемнее, чем наша ракета с нашего космодрома.

У меня неоднократно спрашивали разные люди: «Можем ли мы повторить успех SpaceX?» Технически можем. В конечном счете, посадка ступени или сверхтяжелая ракета — это математические задачи. Математики у нас не перевелись! Хорошие и увлеченные инженеры, способные найти нестандартное решение в сложных условиях, тоже.

У нас перевелись мечтатели.

Чтобы знать, как лететь и куда лететь, нужно знать, зачем лететь.

Зачем вам в космос, ребята? Зачем вы встаете по утрам? Когда в последний раз вы любовались звездами? Эти вопросы не задают на пресс-конференциях «Роскосмоса». У меня была возможность спросить о звездах свеженазначенного главу ведомства Игоря Комарова в 2015 году. Я решил не валить сложными вопросами нового руководителя, на которого было много надежд. Спросил про российскую программу межпланетных исследований. Он сказал: «Конечно, она у нас в приоритете, и мы будем решать эти задачи». Тогда пуск «Луны-25» еще обещали на 2017 год, а телескопа «Спектр-РГ» — на 2016-й. Сегодня их обещают запустить в 2019-м.

В отличие от «Роскосмоса», Маск знает, зачем ему в космос. Он хочет на Марс.

Даже не так. Он считает, что мир станет лучше, если человечество будет обладать возможностью переселиться на Марс. Эта цель может казаться глупой или бессмысленной — зачем человечеству на Марс, когда в Африке дети голодают? Но эта мечта позволяет объединять всех, кто разделяет ее. Как у Экзюпери: чтобы переплыть море, не надо валить деревья и строгать доски, надо влюбить в морские путешествия плотников и кузнецов, и они построят корабли.

Российская космонавтика не предлагает ничего, кроме низких зарплат, работы в интерьерах советских КБ, строительства [почти] советских ракет и спутников. «Роскосмос» ничем не может улучшить этот мир, не может помочь голодающим детям Африки или внести сколько-нибудь существенный вклад в экономику России. Даже телевещание жителям Анголы провести не удалось. И если бы у нас предложили идею запустить «УАЗ Патриот» на ракете, это вызвало бы какие угодно реакции, вплоть до уголовных дел о нецелевом расходовании бюджетных средств, вместо воодушевления и сбора миллионов зрителей у экранов.

Так уж сложилось, что полеты на Марс являются составной частью многих картин светлого будущего. Мы можем разделять эти ожидания или критиковать их, но мы не можем предложить своих. Да, наши предки сделали мир лучше в 1945-м, 1957-м и в 1961-м, мы можем гордиться их заслугами, но что мы сделали сами, какие улучшения оставим после себя?

Зачем мы просыпаемся по утрам?

Ранее в этом блоге

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.