Кольцевая РНК в липидных наночастицах помогла при сухости во рту после лучевой терапии

Американские исследователи представили предварительные результаты первых в мире клинических испытаний препарата на основе кольцевой РНК. Он кодирует белок аквапорин 1 и предназначен для лечения ксеростомии после лучевой терапии. Однократное введение препарата улучшило продукцию слюны и уменьшило симптомы заболевания у первых шести пациентов, получивших минимальные дозы, серьезных побочных эффектов не было. Предварительные результаты испытаний опубликованы в The New England Journal of Medicine.

Ксеростомия — это сухость во рту, вызванная снижением или отсутствием продукции слюны. Ее причинами могут быть медикаменты, системные заболевания, ВИЧ-инфекция, сахарный диабет и другие заболевания. Тяжелую ксеростомию часто вызывает радиация, в частности при лучевой терапии. Стойкая сухость во рту вызывает дискомфорт, мешает глотанию и речи, ухудшает гигиену полости рта, может приводить к халитозу, кариесу и кандидозу. В пилотных клинических испытаниях удавалось улучшить продукцию слюны после лучевой терапии с помощью геннотерапевтического препарата. Он представляет собой ген AQP1, кодирующий водный канал аквапорин 1, на вирусном векторе, который вводят в слюнные железы.

В экспериментальном препарате RXRG001 используется другой подход: аквапорин 1 кодирует кольцевая РНК, заключенная в липидные наночастицы, которые трансдуцируют клетки остаточного эпителия слюнной железы in vivo. Генри Хоффман (Henry Hoffman) из Айовского университета, его коллеги и компания RiboX Therapeutics представили результаты первых шести участников (средний возраст 67,7 года, поровну мужчин и женщин) открытой нерандомизированной первой фазы испытаний SPRINX-1. Все они как минимум два года страдали выраженной ксеростомией после лучевой терапии рака головы и шеи. Препарат вводили однократно в виде инфузии в одну околоушную слюнную железу в дозе четыре или 10 микрограмм (по три пациента в каждой группе) в миллилитре раствора. Эти дозы значительно ниже уровня, от которого можно ожидать токсических эффектов или клинически значимого улучшения, их использовали для начальной оценки безопасности.

В течение минимального периода наблюдения 120 дней ограничивающих дозу побочных эффектов не было. Связанные с лечением нежелательные явления были мягкими или умеренными и преходящими. Системные воспалительные реакции были временными и включали небольшой подъем температуры тела у двух участников, утомляемость еще у двух и озноб у одного. Субъективные симптомы по опроснику XQ значительно улучшились в течение 30 дней после инфузии RXRG001 у всех участников, это улучшение было стойким и составляло на 90 день от 32 до 85 процентов. У четырех пациентов также наблюдалось улучшение по шкале GRCQ. Параллельно с субъективными улучшениями происходило повышение общего уровня нестимулированного и стимулированного слюноотделения. Оно было заметным уже на седьмой день, на 90 дней нестимулированное повысилось на 47–467 процентов, стимулированное — на 41–1450 процентов, хотя у одного участника наблюдалось 62-процентное ухудшение.

Предварительные результаты пилотных испытаний показали, что препарат кольцевой РНК, кодирующей аквапорин 1, в липидных наночастицах обладает устойчивой кинетикой начала действия и может производить стойкий эффект при однократном введении даже небольших доз. Это свидетельствует о восстановлении проницаемости эпителия слюнных желез для воды из-за эффективной экспрессии AQP1. Испытания продолжаются, в ходе них протестируют более высокие дозы препарата и проведут рандомизированную контролируемую вторую фазу.

Ранее нидерландские исследователи в ходе экспериментов ex vivo выяснили, что отвечающий за рост и деление клеток белок YAP участвует в регенерации слюнных желез. Это открывает еще один потенциальный подход к лечению ксеростомии.