Среди детей и подростков в США
В 2003 году Управление по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных средств США (FDA) издало предупреждение о том, что прием антидепрессантов может повышать риск суицидальных мыслей и попыток у детей до 18 лет. Через два года организация обязала размещать особое предупреждение об этом в черной рамке в инструкциях к препаратам, еще через два — включила в предупреждение информацию о повышенном риске для людей до 24 лет. Стивен Сумерай (Stephen Soumerai) из Гарвардского университета с коллегами из Австралии, Великобритании и США провел систематический обзор 11 исследований по теме и данных государственного медицинского страхования Medicaid, чтобы выяснить, как изменилась динамика суицидов и связанных с ними действий после введения этих мер. Результаты работы опубликованы в журнале Health Affairs.
Исследователи пришли к выводу, что после нововведений в затронутых возрастных группах уровни диагностики депрессии и визитов к врачу по ее поводу, ранее возраставшие, начали линейно снижаться. При этом уровни отравлений психотропными препаратами (непрямой показатель суицидальных попыток) и смертей от суицида, до этого снижавшиеся, начали резко возрастать, в то время как частота смертей от непреднамеренных травм (не зависящая от предупреждений на антидепрессантах) продолжила уменьшаться. Таким образом, использование подобной маркировки снижает доступность медпомощи педиатрическим пациентам и затрудняет профилактику суицида, и его продолжение может нести больше вреда, чем пользы, заключают авторы работы.
Сколько нужно ученых, чтобы объяснить шутку?
«Гарри Поттер мертв! Уаааа-хааа-хаааа», — хохочет в пасмурное небо темный лорд, повернувшись к пожирателям смерти. «Уа-ха-хааааа», — натянуто откликаются приспешники. Ничего смешного. Раскатистый злобный хохот Волан-де-Морта — пример неуместного смеха, смеха без шутки. Впрочем, и вежливые смешки, и нервное хихикание, и заразительный хохот тоже зачастую вообще не связаны с юмором: на шутки приходится всего 10–20 процентов смеха. Мы почему-то смеемся, когда вообще не смешно.