Исследование проводили в Китае
Китайские ученые провели проспективное когортное исследование и пришли к выводу, что уровни наружного освещения по ночам и загрязнения воздуха независимо друг от друга связаны с повышенным риском цереброваскулярных заболеваний. Публикация об этом появилась в журнале Stroke. Кунь Чэнь (Kun Chen) из Чжэцзянского университета с коллегами из разных научных центров Китая проанализировали данные 28302 жителя Нинбо, включенных в когорту района Иньчжоу в 2015–2018 годах (общая продолжительность наблюдения составила почти 128 тысяч человеко-лет). Уровень ночного уличного освещения и загрязнения воздуха определяли по спутниковой съемке и регрессионным моделям землепользования. Диагнозы инсультов регистрировали по медицинским регистрам и свидетельствам о смерти. Для обработки данных использовали коксовские модели пропорциональных рисков.
Всего за время наблюдения у участников произошло 1287 инсультов (777 ишемических и 133 геморрагических). И ночное освещение, и загрязнение воздуха оказались связаны с повышенным риском цереброваскулярных заболеваний в целом. Отношение рисков (HR) на каждый квартиль повышения показателя составило 1,17 (95-процентный доверительный интервал 1,06–1,29) для наружного освещения ночью; 1,25 (95-процентный доверительный интервал 1,12–1,39) для взвещенных частиц диаметром ≤ 2,5 микрометра; 1,14 (95-процентный доверительный интервал 1,06–1,22) — диаметром ≤ 10 микрометра и 1,21 (95-процентный доверительный интервал 1,06–1,38) для оксида азота (NO2). Эти HR были схожими для ишемических инсультов, однако для геморрагических подобная закономерность не прослеживалась. Взаимодействия ночного освещения и загрязнения воздуха при влиянии на риск не наблюдалось.
За что в 2026 году дали Нобелевскую премию по физиологии или медицине
В начале 2000-х Петер Хегеман и Георг Нагель открыли и описали каналродопсины (или канальные родопсины) — светочувствительные ионные каналы, благодаря которым хламидомонады способны к фототаксису. В 2005 году Карл Дейссерот внедрил каналродопсин в нейроны — так ему сначала удалось с помощью света вызвать возбуждение нейронов в клеточной культуре, а всего через два года — уже в мозге живой мыши. Спустя 20 лет оптогенетика стала рутинной практикой фундаментальной нейробиологии. Впрочем, распространение удобного инструмента породило нескромные ожидания: что благодаря светочувствительным каналам вот-вот удастся понять, какие именно нейронные сети порождают эмоции, поведение и сознание. Почему Нобелевский комитет предостерегает от этих претенциозных заявлений, но тем не менее использует их в собственном пресс-релизе?