Загадочный хищник из Бразилии оказался гибридом домашней собаки и парагвайской лисицы

Предки этих видов разошлись около 6,7 миллиона лет назад

Бразильские зоологи идентифицировали необычного хищника, который попал в ветеринарную клинику в городе Вакария в 2021 году. Оказалось, что это межродовой гибрид домашней собаки и парагвайской лисицы — видов, предки которых разошлись 6,7 миллиона лет назад. Это первый пример гибридизации между собаками и дикими южноамериканскими псовыми. Как отмечается в статье для журнала Animals, скрещивание домашних собак с парагвайскими лисицами не сулит последним ничего хорошего: проникновение собачьих генов в дикую популяцию вида снизит ее приспособленность.

Два года назад ветеринары из бразильского города Вакария в штате Риу-Гранди-ду-Сул встретились с очень необычным пациентом. В ветеринарную клинику Федерального университета штата поступила самка хищника из семейства псовых, которая была сбита автомобилем. Врачам так и не удалось определить его видовую принадлежность. В Риу-Гранди-ду-Сул обитает четыре вида диких псовых из клады Cerdocyonina: кустарниковая собака (Speothos venaticus), гривистый волк (Chrysocyon brachyurus), майконг (Cerdocyon thous) и парагвайская лисица (Lycalopex gymnocercus) (которая не родственна лисицам из рода Vulpes). На двух первых зверь из Вакарии не похож совсем, а двух последних напоминает формой тела, но отличается от них очень темной окраской с редкими белыми волосками.

Благодаря лечению животное пошло на поправку и полностью выздоровело. Более того, если изначально самка вела себя по отношению к людям настороженно, то с течением времени постепенно начала им доверять. После выздоровления зверя перевели в природоохранный центр в городе Санта-Мария, где он в прошлом году скончался по неизвестным причинам.

Команда зоологов под руководством Рафаэля Кречмера (Rafael Kretschmer) из Федерального университета в Пелотасе предположила, что странное животное из Вакарии может быть гибридом домашней собаки (Canis (lupus) familiaris) и одного из местных видов диких псовых. Чтобы проверить эту идею, исследователи еще при жизни самки взяли у нее образцы кожи и крови, провели молекулярно-генетический анализ и сравнили полученные результаты с данными о гривистых волках, майконгах и парагвайских лисицах. Кустарниковых собак в выборку не включили — хотя этот вид и встречается в штате Риу-Гранди-ду-Сул, в окрестностях Вакарии он отсутствует.

Кречмер с соавторами выяснили, что у загадочного хищника 76 хромосом. Это соответствовало предположению о том, что он является гибридом первого поколения между домашней собакой (у нее 78 хромосом) и майконгом или парагвайской лисицей (у них по 74 хромосомы). Анализ участка митохондриального гена цитохромоксидазы I показал, что матерью самки была парагвайская лисица. А на четырех фрагментах ядерной ДНК исследователи обнаружили несколько участков, где одно азотистое основания из пары было унаследовано от домашней собаки, а второе — от парагвайской лисицы.

Таким образом, хищник, который поступил в ветеринарную клинику Вакарии, был гибридом между самцом домашней собаки и самкой парагвайской лисицы. От отца зверь унаследовал темную окраску: по крайней мере среди 1112 изображений парагвайских лисиц из базы данных iNaturalist исследователи не обнаружили ни одного, где была бы запечатлена особь с таким же темным мехом.

По словам Кречмера и его коллег, это первый пример гибридизации домашних собак с дикими южноамериканскими псовыми. Ранее были известны лишь гибриды собак с представителями того же рода, например, волками (Canis lupus), койотами (C. latrans) и обыкновенными шакалами (C. aureus). Домашняя собака и парагвайская лисица относятся к разным родам, а их предки разошлись около 6,7 миллиона лет назад. Тем не менее, это не помешало скрещиванию двух видов и появлению жизнеспособного потомства. Возможно, гибридная самка и сама смогла бы родить детенышей от одного из родительских видов, однако во время лечения ее стерилизовали. Кроме того, авторы не исключают, что в природе живут и другие гибриды между домашними собаками и парагвайскими лисицами.

Скорее всего, появление необычного гибрида по крайней мере отчасти связано с человеческой деятельностью. Большинство природных экосистем в штате Риу-Гранди-ду-Сул заменены пахотными землями и пастбищами. Парагвайские лисицы неплохо приспособились к жизни в таких условиях — однако по соседству с людьми они чаще встречаются с собаками, что повышает вероятность гибридизации между двумя этими видами. В результате в популяцию лисиц попадают собачьи гены, которые снижают их приспособленность. В качестве примера можно привести гены темной окраски, делающие гибридных животных более заметными для хищников и добычи. Кроме того, тесное общение диких южноамериканских псовых с домашними собаками может привести к тому, что они начнут заражаться собачьими болезнями и паразитами.

Если вам интересны дикие псовые, пройдите наш тест «Десять шакалов из десяти». В нем нужно по фотографиям отличить шакалов от других представителей семейства. По мере прохождения теста вопросы становятся сложнее, а изображения — шакальнее.

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.
Самку клюворыла заподозрили в оплакивании умершего сына

Самка держалась на поверхности около всплывшего тела детеныша

Зоологи впервые описали, как самка клюворыла взаимодействует с мертвым детенышем. Самка, которую они встретили в Бискайском заливе, плавала кругами вокруг всплывшего на поверхность тела отпрыска, касалась его головой, а также подталкивала и приподнимала. Другие китообразные, столкнувшиеся со смертью сородичей, ведут себя похожим образом. Возможно, самка просто оценивала состояние детеныша или пыталась привести его в чувства — однако не исключено, что она осознавала его смерть и испытывала настоящее горе. Результаты исследования опубликованы в статье для журнала Marine Mammal Science. Самки приматов, китообразных и некоторых других млекопитающих порой подолгу не могут расстаться с телами умерших детенышей. Они носят их с собой, дотрагиваются до них и защищают от падальщиков. Почему это происходит, пока остается неясным. Вероятнее всего, что матери просто не сразу понимают, что их детеныш мертв, или какое-то время не уверены в этом. Однако не исключено, что в некоторых случаях самки осознают смерть своего ребенка, но не способны оставить его тело из-за сильной эмоциональной привязанности и чувства горя. Команда зоологов под руководством Видаля Мартина (Vidal Martín) из Общества по изучению китообразных Канарского архипелага описала новый пример материнской привязанности к мертвому детенышу. В начале августа 2019 года исследователи, которые в тот день вели экскурсию на туристическом судне, встретили в Бискайском заливе в 21 километре от побережья Испании двух клюворылов (Ziphius cavirostris) — крупных китообразных из семейства клюворыловых (Ziphiidae), известных благодаря способности погружаться на глубину до трех километров и оставаться под водой более трех с половиной часов. Животные находились примерно в 500 метрах от судна. Мартин с коллегами сфотографировали клюворылов с судна и сняли их на видео с дрона. В результате выяснилось, что перед ними была взрослая самка, которая держалась около тела мертвого детеныша, плавающего на поверхности моря, вероятно, ее отпрыска. Она выглядела сильно истощенной: в частности, у нее просматривались ребра и позвонки. Длину самки исследователи оценили в пять с небольшим метров, а детеныша — в два с половиной метра, что соответствует минимальным значениям для самок клюворылов и новорожденных детенышей данного вида. Мертвый детеныш, судя по форме его гениталий, оказался самцом. По оценке авторов, он умер менее чем за 48 часов до момента наблюдения, возможно, потому что родился нездоровым из-за плохого состояния матери. Снятое с дрона видео позволило исследователям в подробностях описать поведение самки. На полученных кадрах видно, как предполагаемая мать плавает вокруг мертвого детеныша кругами, подныривает под него, отплывает на несколько метров, возвращается и касается его головы своей. Один раз самка погрузилась на несколько метров, затем подплыла к детенышу, после чего сдвинула его тело головой. При этом она интенсивно выпускала фонтан из дыхала. В другом случае самка поднырнула под детеныша и головой приподняла его тело над поверхностью воды. Действия самки, которую встретили Мартин и его соавторы, типичны для китообразных, взаимодействующих с телами мертвых сородичей, в том числе детенышей. Однако для клюворылов (и всего семейства клюворыловых) такое поведение описано впервые. О том, как клюворылы приносят потомство и ухаживают за ним, в целом почти ничего неизвестно, ведь представители данного вида живут в открытом океане, охотятся на больших глубинах и редко появляются на поверхности воды. Однако предполагается, что матери-клюворылы заботятся о детенышах на протяжении нескольких лет и формируют сильную эмоциональную привязанность к ним. Это может объяснять, почему самка, встреченная исследователями, не хотела покидать мертвого сына. Что именно двигало самкой, сказать невозможно. Возможно, она не понимала, что ее детеныш умер, и пыталась оценить его состояние или заставить дышать. Однако не исключено, что мать осознавала смерть сына, испытывала горе и оплакивала его. Как бы то ни было, нежелание самки расстаться с умершим детенышем могло обойтись ей дороже, чем представителям других видов китообразных. Чтобы оставаться рядом со всплывшим телом отпрыска, ей приходилось держаться на поверхности, где клюворылы не могут охотиться и уязвимы перед хищниками, такими как акулы и косатки (Orcinus orca). Ранее мы рассказывали о самке дрила (Mandrillus leucophaeus) из чешского сафари-парка, которая два дня носила за собой труп мертвого детеныша и ухаживала за ним — а затем съела. Вероятно, какое-то время мать пыталась добиться от младенца реакции, однако затем предпочла съесть его, чтобы восполнить энергию, затраченную во время беременности.