Сдувшаяся кожа указала на простой путь мумификации динозавров
Палеонтологи описали механизм, который приводит к образованию мумий динозавров в неисключительных условиях. Сопоставив палеонтологические данные с опытом судебно-медицинских исследований, ученые пришли к выводу, что для этого сначала кожу трупа динозавра должны повредить крупные падальщики, после чего через эти повреждения наружу выходят газы, жидкости и микроорганизмы, а кожа остается неповрежденной и высыхает. Это значит, мумии динозавров могут быть не так редки, как считалось ранее, пишут авторы работы в PLoS ONE.
Термином «мумия» в палеонтологии называют окаменелости, хорошо сохранившие кожу, а иногда и другие мягкие ткани. Согласно принятой точке зрения, мумии возникают, если выполняются два тафономических условия. Во-первых, труп должен высохнуть — это требует длительного пребывания на воздухе. При этом захоронение должно быть довольно быстрым, чтобы падальщики не успели повредить труп — то есть произойти в течение считанных часов после смерти. Эти условия кажутся взаимоисключающими, что позволяет предположить исключительность и уникальность мумий динозавров.
Палеонтологи под руководством Стефани К. Драмхеллер (Stephanie K. DrumhellerI) из Университета Теннесси-Ноксвилл выяснили, что мумии могут быть куда более распространенным явлением, чем принято считать. Объединив результаты анализа мумии эдмонтозавра с современными знаниями о процессе разложения, ученые предложили новое объяснение того, как могут возникать такие образцы.
В ходе исследования авторы исследования изучили окаменелости эдмонтозавра (Edmontosaurus sp.), хранящиеся в Коллекции ископаемых штата в Бисмарке под опекой Геологической службы Северной Дакоты. Высохшая кожа на костях динозавра выглядит сдувшейся, что особенно наглядно видно в пальцевой части конечностей. Компьютерная томография показала, что кости пальцев на правой передней конечности не деформированы, из чего авторы сделали вывод, что кожа сдулась не в результате тафономической компрессии, пока останки лежали в земле. При этом несмотря на поразительную сохранность кожи и тот факт, что отдельные структуры в ней и костях практически не повреждены, следов других тканей на томограммах ученые не нашли. Также палеонтологи не отметили никаких видимых признаков внутренних органов во время механической подготовки образца к исследованию. Результаты исследования позволяют утверждать, что кожа эдмонтозавра была именно «сдута», а не сжата.
Любопытно, что мумии эдмонтозавра нашли рядом с окаменелостью крокодилообразного. Ученые предполагали, что именно крокодил обглодал останки динозавра, после чего стал жертвой внезапного наводнения. Однако тщательное исследование отложений, покрывавших останки, не подтвердило этой гипотезы: по данным анализа участка, где был найден эдмонтозавр, животное жило в теплой и влажной среде, погибло рядом с водоемом и было постепенно погребено нарастающими отложениями. Вероятно, останки крокодилообразного оказалось вблизи от эдмонтозавра случайно и свидетельствуют лишь о том, что эти животные жили в похожих условиях.
Чтобы понять, как мумия динозавра все-таки возникла в условиях, считающихся неподходящими для ее формирования, ученые обратились к современной судебно-медицинской литературе, в которой описаны похожие случаи посмертных изменений. Мумификация останков млекопитающих не обязательно требует засушливых условий — она может происходить и в относительно влажной среде, когда останки пережили неполное разложение.
Большинство же падальщиков предпочитают коже более питательные мышцы и внутренности. И если крупные животные могут случайно откусить большое количество кожи, пытаясь добраться до расположенных под ней тканей, то мелкие сапрофаги создают отверстия в полости тела, получая доступ к внутренностям. Исследователи предположили, что повреждение кожи динозавра обнажило внутренности и позволило произойти аналогичному процессу.
По мнению ученых, разнообразный характер повреждений, обнаруженных на коже и костях эдмонтозавра, говорит о том, что мертвое тело обгладывали различные виды падальщиков. Ямки и следы на плечевой и лучевой костях, а также проколы в мягких тканях предплечья — результат укусов, а за повреждения на хвосте отвечали уже не зубы, а гибкие когтистые пальцы. Такие следы характерны для средних и крупных плотоядных — например, для молодых особей тираннозавра рекс (Tyrannosaurus rex), которые также обитали в этой экосистеме. Таким образом, повреждения кожи обеспечили путь для выхода газов, жидкостей и микроорганизмов, связанных с разложением. Благодаря этому кожа не разлагалась в течение недель и месяцев, нужных для высыхания тела. Впоследствии высохшие останки были занесены отложениями.
Авторы назвали этот процесс «высыхание и дефляция». Он объясняет, почему окаменевшая кожа, хотя и встречается нечасто, не является исключительной редкостью в ископаемых останках динозавров и не говорит о том, что отложение представляет собой результат быстрого захоронения останков. Исследователи также подчеркнули, что это не единственный путь, который может привести к образованию мумии, а применение богатого опыта современных судебно-медицинских исследований к палеонтологическим вопросам открывает новые пути для исследований.
Современный медицинский подход применяется в палеонтологических исследованиях не впервые. Ранее мы писали, как современные методы анализа и сравнение с костью человека, страдающего остеогенной саркомой, позволило впервые диагностировать рак у жившего более 70 миллионов лет назад динозавра.
Открытие может поставить точку в спорах об образе жизни представителей рода
Палеонтологи описали второй вид спинозавров, который жил на территории современного Нигера около 95 миллионов лет назад. Он получил название Spinosaurus mirabilis. От известного уже более 110 лет S. aegyptiacus новый вид отличался рядом анатомических особенностей, в первую очередь наличием на голове изогнутого вертикального гребня высотой около 40 сантиметров. Как отмечается в статье в журнале Science, открытие может поставить точку в давних спорах о том, охотились ли спинозавры на рыбу из засады или ныряли за ней под воду. Поскольку S. mirabilis жил в речной пойме в 50–100 километрах от ближайшего моря, он скорее был засадчиком, чем ныряльщиком. Похожий образ жизни, скорее всего, вел и S. aegyptiacus.