Первая гигантская выдра, которую встретили в Аргентине за последние тридцать лет, оказалась одиноким самцом. К такому выводу пришли исследователи, проанализировав фотографии с камер-ловушек в национальном парке Эль Импенетрабле на северо-востоке страны. Таким образом, предположение о том, что здесь обосновалось целое семейство редких хищников, не подтвердилось, отмечается в статье для журнала Oryx. Впрочем, специалисты не теряют надежды, что самец дождется прибытия других выдр — либо к нему подселят сородичей, выращенных в неволе или перевезенных из других частей ареала.
Гигантские выдры (Pteronura brasiliensis) — верховные хищники южноамериканских рек и озер. Эти представители семейства куньих могут дорастать до 1,7 метра в длину и весить до тридцати килограммов. Столь внушительные размеры в сочетании со склонностью жить сплоченными группами позволяют гигантским выдрам успешно охотиться даже на кайманов — хотя обычно они все-таки питаются рыбой.
Когда-то гигантские выдры обитали почти по всей Южной Америке. Однако из-за охоты, разрушения пресноводных экосистем и конфликтов с рыбаками численность этих хищников сократилась до нескольких тысяч особей, а прежде единый ареал распался на отдельные очаги в бассейнах Амазонки и Ориноко и в болотистой низменности Пантанал (Международный союз охраны природы даже присвоил этому виду статус вымирающего (Endangered, EN). Во многих странах гигантские выдры и вовсе вымерли. Например, в Аргентине последние достоверные встречи с ними датируются 1980 годами.
Однако в мае этого года биолог Себастьян Ди Мартино (Sebastian Di Martino) из природоохранной организации Fundacion Rewilding Argentina встретил гигантскую выдру в национальном парке Эль Импенетрабле, который расположен в провинции Чако на северо-востоке Аргентины. Исследователь плыл на каяке по реке Рио-Бермехо и неожиданно увидел в примыкающему к руслу пруду Эль Бреаль крупного зверя с характерным светлым пятном на груди. Ди Мартино удалось запечатлеть выдру на камеру мобильного телефона. Позднее в тот же день он вернулся к пруду и обнаружил два недавно вырытых логова и две свежие уборные.
На Рио-Бермехо гигантские выдры не встречаются уже более ста лет. Как одна из них оказалась здесь после столь долгого отсутствия, остается неясным. Ближайшее место обитания ее сородичей — река Хехуи-Гуасу в Парагвае. Однако, чтобы добраться оттуда до парка Эль Импенетрабле, зверю пришлось бы преодолеть около тысячи километров. Согласно альтернативной гипотезе, выдра принадлежит к реликтовой популяции, которая на протяжении нескольких десятилетий скрывалась от внимания исследователей.
Специалисты допускали, что в парке Эль Импенетрабле обосновалась целая семейная группа гигантских выдр. Чтобы проверить это предположение, команда исследователей из Fundacion Rewilding Argentina установила около пруда Эль Бреаль автоматические камеры, реагирующие на движение. Анализ сделанных ими снимков показал, что особь, которую встретил Ди Мартино, является самцом — причем одиноким. Никаких свидетельств присутствия других гигантских выдр обнаружить не удалось.
В ходе дальнейших исследований биологи намерены собрать помет выдры, чтобы с помощью генетического анализа установить ее происхождение. А пока они призывают усилить охрану реки Рио-Бермехо от браконьеров и остановить вырубку лесов в окрестностях национального парка Эль Импенетрабле. Это поможет самцу из Эль Бреаль выжить — и, возможно, дождаться прибытия сородичей. Специалисты даже рассматривают возможность подселить к нему особей, выращенных в неволе или перевезенных из других частей ареала. Так они намерены повысить шансы на восстановление местной популяции выдр.
Следует отметить, что сотрудники Fundacion Rewilding совместно с коллегами из природоохранной организации Tompkins Conservation уже несколько лет планирует вернуть гигантских выдр в водоемы Аргентины. В качестве первой точки реинтродукции они выбрали национальный парк Ибера на северо-востоке страны. Сюда уже прибыли самец и самка из зоопарков Дании и Венгрии. Сейчас эти особи живут в неволе и привыкают друг к другу, однако планируется их выпуск в дикую природу.
Ранее мы рассказывали о том, как капибары (Hydrochoerus hydrochaeris) оккупировали элитный поселок Нордельта на северо-востоке Аргентины. Несмотря на недовольство местных жителей, биологи отмечают, что грызуны не захватили Нордельту, а вернулись к себе домой, поскольку поселок построен на месте водно-болотных угодий, где эти животные издавна обитали.
Сергей Коленов
И отползли от источника звука
Группа исследователей из Китая, США и Южной Кореи выяснила, что нематоды Caenorhabditis Elegans, которые чувствуют звук всем телом, реагируют не на абсолютное звуковое давление, а на его градиент. Из-за этого они способны различать и избегать звуки, которые издают небольшие беспозвоночные хищники, но не реагируют на более громкий шум. Кроме того, такой механизм восприятия градиента звукового давления, по-видимому, общий для многих животных, включая других беспозвоночных и млекопитающих. Работа опубликована в Current Biology. У нематод Caenorhabditis Elegans, как и у многих беспозвоночных, нет органов слуха, но они могут чувствовать звук и уползать от него, то есть проявлять отрицательной фонотаксис. В 2019 году Адам Илифф (Adam Illiff) из Мичиганского университета с коллегами показали, что звуковые вибрации черви ощущают всем телом, а их наружные покровы — кутикула — работают примерно как барабанная перепонка позвоночных. Тогда ученые определили механосенсорные нейроны червей, которые, вероятно, преобразуют звуковые волны в нервный импульс. И выяснили, что воспринимают черви именно колебания воздуха: мутанты, которые не чувствовали вибрацию субстрата, все равно проявляли фонотаксис. Теперь Цань Ван (Can Wang) из Хуачжунского университета науки и технологий (он принимал участие и в прошлом исследовании) и его коллеги из Китая, США и Южной Кореи выяснили, как именно нематоды чувствуют звук. Они размещали рядом с головой нематод динамики разных размеров и включали звуки разной громкости и частоты. Когда ученые помещали маленький динамик диаметром 0,5 миллиметра на расстоянии одного миллиметра от головы нематоды (что примерно равняется длине тела червя), и включали на нем звук частотой 1 килогерц и громкостью 80 децибел, черви разворачивались и ползли в противоположную от звука сторону. Но когда этот динамик заменили на больший, диаметром 3 миллиметра, нематоды не реагировали, хотя звук был таким же. Даже когда громкость увеличивали до 110 децибел или меняли частоту на большую или меньшую, нематоды не меняли траекторию своего движения. Исследователи обнаружили, что кутикула червей вибрирует сильнее всего от звука из маленького динамика. С помощью кальциевой визуализации авторы оценили активность механосенсорных нейронов, которые и реагируют на звуковые колебания. Их активность уменьшалась с увеличением размера динамика, даже если громкость звука была одинаковой. На звук из трехмиллиметрового динамика нейроны червей не реагировали. Также ученые выяснили, что звук из маленького динамика создает наибольший градиент звукового давления в теле нематод — это измерили с помощью миниатюрного микрофона. Давление звука, проходящего через среду, снижается с течением времени, — и в голове червя, которая ближе всего к динамику, оно выше, чем на конце его тела. Если источник звука небольшой, звуковое давление уменьшается быстрее, и таким образом градиент звукового давления по телу червя получается больше. Чтобы изменить звуковой градиент, авторы размещали динамики на разном расстоянии от головы червя — чем ближе был динамик, тем резче градиент. Абсолютное звуковое давление в области головы нематод тем временем не менялось. Черви демонстрировали наиболее устойчивые слуховые реакции только в ответ на резкий градиент. Градиент звукового давления коррелировал и с движением червей, и с вибрацией кутикулы, и с активностью механосенсорных нейронов. Нематоды живут в гниющих листьях на земле, где им могут повстречаться разные беспозвоночные хищники. По всей видимости, именно их звуки — стрекотание, шуршание или шелест крыльев — и могут слышать черви, а вот более громкие звуки от источников большего размера для них не так важны. Градиент звукового давления возникает и в тимпанальных органах кузнечиков, и в заполненной жидкостью улитке млекопитающих. В случае последних этот градиент, по всей видимости, необходим, чтобы активировались механочувствительные волосковые клетки улитки. То есть активация чувствительных к звуку нейронов происходит у разных животных по одному принципу. Ранее ученые обнаружили, что эпигенетическая память позволила нематодам C. elegans избегать патогенных бактерий даже спустя четыре поколения. То есть одни черви встретились с бактерией, выяснили, что она опасна, и стали ее избегать, а их детям и внукам уже не потребовалось проверять бактерий на себе — они избегали их сразу благодаря унаследованным модификациям гистонов.