Атмосфера оказалась не единственным для живых организмов на Земле источником азота, как считалось ранее. Проанализировав баланс азота вблизи поверхности Земли, американские геологи пришли к выводу, что до четверти всего азота в природные экосистемы попадает из горных пород земной коры в результате химической и физической эрозии. Уточнение геохимического цикла азота может довольно сильно повлиять, в частности, на оценку объема поглощающегося растениями углекислого газа и прогнозирование климатических изменений на планете, пишут ученые в Science.
Традиционно считалось, что атмосфера — единственный для биосферы источник азота на Земле. Ученые утверждали, что именно атмосферный азот попадает в экосистемы через почву или поглощается растениями, участвуя после этого в различных метаболических процессах. При этом, поскольку азот помогает растениям поглощать из воздуха углекислый газ, геохимический цикл азота оказывается тесно связан с циклом углерода и может оказывать сильное влияние, например, на скорость климатических изменений на планете. Тем не менее, однозначные пути геохимического транспорта азота как на коротких временных масштабах — длительностью от нескольких лет до нескольких веков, — так и на более продолжительных — в сотни и тысячи лет — до конца не изучен и постоянно уточняется.
Группа американских геологов под руководством Бенджамина Хултона (Benjamin Z. Houlton) из Калифорнийского университета в Дейвисе оценила суммарный баланс массы азота на планете с учетом последних экспериментальных данных, чтобы оценить правильность современных моделей и определить, действительно ли атмосфера — единственный для биосферы источник азота. Для этого ученые учли все известные пути транспорта азота между атмосферой, сушей, океаном, земной корой и мантией, включая те оценки, которые были сделаны для осаждения соединений азота в виде твердых минералов из океанской воды для довольно долгих временных интервалов.
Оказалось, что при рассмотрении баланса масс азота с учетом всех известных количественных данных появляется несоответствие в потоке азота величиной от 14 до 34 мегатонн азота в год. Полностью замкнуть такой цикл удается, предположив транспорт азота из горных пород земной коры в почву и биосферу. Геологи объясняют возможность такого транспорта химической и физической эрозией, благодаря которой он попадает в почву и воздух, после чего становится участником метаболических циклов в живых организмах. По оценкам ученых, доля азота, который попадает в экосистемы из горных пород таким образом, составляет от 8 до 26 процентов (остальная доля приходится на атмосферный азот).
Чтобы проверить это предположение, геологи оценили возможный приток азота из горных пород в атмосферу по всему миру, исходя из данных о содержании азота в поверхностном слое земной коры и возможной подверженности тех или иных горных пород эрозии: как химической (например, в результате взаимодействия с дождевой водой), так и физической (в первую очередь, в результате геологических процессов).
Сделанные качественные оценки подтвердили, что предложенный геологами механизм перехода азота из горных пород в почву и его дальнейшее активное участие в химических процессах, протекающих в природных экосистемах, вполне вероятен.
Авторы исследования отмечают, что обнаруженный ими эффект может быть крайне важным, в частности, для исследования геохимического цикла углерода. Из-за того, что азот активно участвует в механизмах поглощения растениями углекислого газа из атмосферы, учет взаимного влияния углеродного и азотного цикла на Земле помогут уточнить современные геохимические модели и климатические прогнозы, связанные, в частности, с оценкой скорости глобального потепления на планете.
Поглощение углекислого газа тесно связано с путями переноса азота не только на поверхности суши, но и в океане. Например, недавно ученые показали, что значительную часть неорганического углерода, растворенного в темной части океана, поглощают бактерии из группы Nitrospinae, которые получают энергию, окисляя соединения азота.
Александр Дубов
Она действовала более трех миллиардов лет назад
Планетологи определили, что более трех миллиардов лет назад на Марсе могли действовать процессы вертикальной тектоники, похожие на те, что шли на Земле в архее, а вулканы извергались не только на суше, но и на дне морей. Таким образом, древний Марс был гораздо более тектонически и вулканически активен, чем считалось ранее. Статья опубликована в журнале Nature Astronomy.