Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям (Роспечать)

Дальше только хуже

Чем необычны пожары в Австралии

Леса горят каждый год почти в любом уголке планеты (если там есть лес), ни Сибирь, ни Австралия здесь не исключение. Однако репортажи об австралийских пожарах заполнили эфир — что в них необычного? Ведь наверняка в прошлом были пожары и пострашнее? Климатологи Джоэль Гергис и Джеффа Кэри из Австралийского национального университета объясняют, чем нынешние пожары в Австралии отличаются от предыдущих и почему они так тревожат ученых.


Говорят, бывали лесные пожары и похуже. Но это если не учитывать ряд ключевых факторов.

Каждый раз, когда случается погодная аномалия, некоторые спешат заявить: мы это уже проходили. Бывало, мол, и хуже, чем в этот раз, или этот раз — отражение естественных климатических колебаний.

Недавний кризис с пожарами в австралийском буше стал очередным примером. Колумнист The Australian Джерард Хендерсон написал: «В штате Виктория в 1983 и 2009 годах были куда более тяжелые пожары. Но вплоть до сегодняшнего дня никому не приходило в голову связывать будущее штата с непрерывным апокалипсисом».

Конечно, история лесных пожаров в Австралии уходит в далекое прошлое. Но сразу несколько факторов отличают нынешний кризис на востоке Австралии от печально знаменитых пожаров в буше, случавшихся в прошлом.

Первый из них — чрезвычайно широкое географическое распространение зоны сезонных пожаров. Вторым фактором можно назвать то, что активность Эль-Ниньо, традиционно связываемая с предыдущими сильными пожарами, в этот раз была нулевой.

Третий и самый важный фактор — этим пожарам предшествовал самый жаркий и сухой период в истории Австралии.


Климат Австралии

В 1970-е годы климат Австралии стал более жарким, и с тех пор изменившиеся погодные условия повысили угрозу возникновения пожаров, а продолжительность пожароопасных сезонов на большей части территории страны выросла.

Потепление, вызванное деятельностью человека, отмечается на температурном графике Австралии начиная с 1950 года. Человек способствовал складыванию четкого и долгоиграющего тренда, ведущего к созданию множества пожароопасных погодных условий.

По мере того как наша планета продолжает нагреваться, естественные климатические колебания в акваториях Тихого, Индийского и Южного океанов будет способствовать изменению климата Австралии.

Эти естественные климатические влияния носят комплексный характер. Но очень важно понимать, как они действуют и как переплетаются с результатами вмешательства человека.

К числу этих естественных климатических колебаний относятся такие процессы, как климатический феномен Эль-Ниньо и его зеркальное отражение, Ла-Нинья, в Тихом океане. Вместе они известны под названием «Эль-Ниньо — южное колебание» (El Nino-Southern Oscillation, ENSO).

Другие явления такого рода — фазы Индоокеанского диполя (Indian Ocean Dipole, IOD) и Южный кольцевой режим (Southern Annular Mode, SAM) в Южном океане.

В настоящее время ENSO не проявляет активности, а сильно выраженное влияние IOD — наиболее значимое с 1997 года — как раз закончилось. Выраженное влияние IOD, как правило, приводит к снижению среднего уровня осадков в зимний периода над южными и центральными районами Австралии и часто ассоциируется с пожароопасной ситуацией в буше.

Явление, известное как «внезапное потепление стратосферы», проникло также и в атмосферу Антарктики. Это привело к ослаблению полярной воронки и ухудшило Южный кольцевой режим, спровоцировав колебание по оси север-юг западного ветра, опоясывающего Антарктику.

Эль-Ниньо/Южное колебание (ENSO) — климатический феномен, связанный с колебаниями температуры поверхности океана в экваториальной части Тихого океана в сочетании с изменениями в циркуляции атмосферы над ним. Оно оказывает значительное влияние на погодные и климатические режимы во многих частях мира.

В частности, Эль-Ниньо (фаза повышения температуры) часто сопровождается засухами в южных и восточных внутриконтинентальных районах Австралии, в Индонезии, на Филиппинах, в Малайзии. В этот период наблюдается более сухие, чем обычно, условия зимой на юго-востоке Африки и в северной части Бразилии, а более влажные — вдоль побережья Мексиканского залива в США, на западном побережье Колумбии, Эквадора и Перу, в южной части Бразилии и центре Аргентины.

Помимо ENSO климатологи выделяют ряд других процессов в океане и атмосфере. Это, в частности, циклические процессы, связанные с Северным кольцевым режимом и Северо-Атлантическим колебанием (NAO), во многом определяющие динамику климата в Северном полушарии. Индексы, построенные по данным наблюдений за состоянием океана и атмосферы, — NAO, NPO (Северо-Тихоокеанское колебание), IOD (Индоокеанский диполь) — характеризуют изменения в экваториально-тропической зоне.

По материалам ВМО и ИКИ РАН

Новое исследование австралийских ученых показало, что ослабление и потепление полярной воронки в стратосфере над Антарктикой повышает вероятность максимально жарких и сухих погодных условий, повышающих угрозу возникновения лесных пожаров, в субтропической части Восточной Австралии — по сравнению с обычным уровнем, характерным для этих мест весной и в начала лета.

Эта комбинация необычных естественных климатических колебаний над Индийским и Южным океанами, беспрецедентного отсутствия зимних дождей в 2017, 2018 и 2019 году, а также рекордно жаркого для Австралии лета привела к небывалой засухе, в настоящее время охватившей 100 процентов территории Нового Южного Уэльса и 67,4 процента территории штата Квинсленд.

В результате сочетания этих факторов поверхность земли прожарилась настолько, что даже обычно влажные субтропические джунгли оказались подходящим топливом для катастрофических пожаров этого лета.


Влияние климата на лесные пожары в прошлом

Исторически сложилось так, что наиболее тяжелые сезоны засухи и пожаров в буше Австралии наступали, когда Индоокеанский диполь объединялся с Эль-Ниньо, что приводило к снижению уровня влажности. Два этих климатических драйвера влияли на уровень осадков и влажность почвы в Австралии. Пик засухи наблюдался на юго-востоке континента, но в целом она затрагивала почти всю страну (за примечательным исключением прибрежной полосы в Новом Южном Уэльсе).

Климат Австралии продолжал теплеть, и в ряде научных источников появились предположения, что исторически сложившиеся отношения между климатическими драйверами Австралии и их влиянием на уровень осадков и среднюю температуру могли нарушиться.

Например, самые засушливые годы за прежнюю историю наблюдений были связаны с повышенным влиянием Эль-Ниньо, в соответствии с глобальными температурными трендами. Однако глобальное потепление привело к тому, что даже традиционно более холодные годы, совпадающие с активностью Ла-Нинья, сегодня в среднем теплее, чем многие предыдущие годы, отмеченные активностью Эль-Ниньо.

Из этого можно сделать вывод, что человеческая деятельность все настойчивее вмешивается в естественные климатические колебания.

Вслед за самым жарким летом за всю историю наблюдений и рекордным годом с точки зрения жары и засушливости новый сезон пожаров в австралийском буше (2019–2020) начался уже зимой 2019 года.

В сентябре, в первую неделю весны, катастрофические пожары опустошили многие области на юге штата Квинсленд и на севере Нового Южного Уэльса.

Горели даже обычно покрытые мхом джунгли национального парка «Дождевые леса Гондваны», занесенные в список Мирового наследия ЮНЕСКО.

Похожим образом на Тасмании в 2016 году пожары уничтожили большие районы джунглей Гондваны, спровоцировав целый каскад изменений, затронувших всю экосистему.

Удивительно, но нынешние катастрофические пожары начались на фоне минимальной активности Эль-Ниньо, чье воздействие в прошлом устойчиво связывалось с повышенной опасностью лесных пожаров.

Так, печально знаменитые пожары Пепельной среды на юго-востоке Австралии в феврале 1983 года случились во время самого мощного Эль-Ниньо за всю историю наблюдений. В этих пожарах погибло 75 человек, сгорело более 2 тысяч домов.

Пожарам Пепельной среды также предшествовало сильно выраженное влияние Индоокеанского диполя. Вместе с Эль-Ниньо они нанесли двойной удар, сформировавший климатические условия, благоприятные для возникновения пожаров.

Похожим образом на сиднейские пожары 1994 года повлияло сочетание факторов: повышенная активность Эль-Ниньо и рост воздействия Индоокеанского диполя.

При этом нынешняя засуха затронула такие области, как побережье Нового Южного Уэльса, прежде не страдавшего от комплексного воздействия IOD и Эль-Ниньо. Это означает, что на первое место вышли какие-то другие факторы.

Пожалуй, самым тревожным можно назвать то, что пожары в австралийском буше в этом году отличаются от подобных событий прошлых лет с точки зрения широты распространения и разнообразия затронутого огнем ландшафта. Огромные участки выжженной земли в штате Виктория, оставшиеся в этот раз, намного превышают следы пожаров, бушевавших в этих же местах на Пепельную среду и в Черный четверг. В ряде случаев пожары сливались, формируя невиданные прежде «мегапожары». Мысль о том, что может случиться с ландшафтом Австралии во время следующего пика Эль-Ниньо, не может не тревожить.

Конечно, должно пройти время, прежде чем исследователи смогут в полной мере оценить, в какой степени изменения климата повлияли на текущую засуху и спровоцировали пожары в австралийском буше.

Но экспертам уже и так ясно, что естественные климатические колебания и воздействие человека на климатическую систему вступили во взаимодействие, породив экстремальные условия, возможно, не имевшие параллелей за всю историю Австралии.


Что все это значит для австралийского буша?

В Австралии на протяжении последних десятилетий параллельно с ростом температуры на земле и в море растут индексы угрозы возникновения пожаров.

В частности, ежегодно замеряемый Индекс опасности лесных пожаров (Forest Fire Danger Index, FFDI), учитывающий засуху, последний выпавший дождь, температуру воздуха, относительную влажность и скорость ветра, в Восточной и Южной Австралии повысился.

Сезон повышенной опасности пожаров стал более продолжительным, а сам уровень угрозы повысился. После возникновения необычайно сложных условий, на фоне которых в штате Виктория вспыхнули пожары в Черный четверг в феврале 2009 года, была разработана новая «катастрофическая» шкала пожарной опасности, соответствующая в FFDI показателям 100 и выше.

6 сентября прошлого года — всего через неделю после окончания зимы — крупные пожары охватили буш по всему Квинсленду и Новому Южному Уэльсу. В наиболее пострадавших районах FFDI в тот день был выше, чем когда либо в столь раннюю пору за все историю наблюдений с 1950 года. Невероятное значение FFDI — 174 — было зарегистрировано на перевале Мурурунди (регион Хантер, Новый Южный Уэльс).


Исторические перемены

В пршлом Австралии приходилось бороться только с последствиями климатических колебаний. Но сегодня погодные и климатические системы континента меняются под воздействием активности человека. Изменения климата делают экстремальные события еще более экстремальными, что приводит к возникновению беспрецедентных условий, угрожающих изменить историю страны.

Недавние прогнозы, выпущенные Государственным объединением научных и прикладных исследований Австралии (CSIRO) и Метеорологическим бюро, подтверждают их же предыдущие предостережения 2015 года, что в будущем Австралии придется столкнуться с еще более высокой угрозой пожаров.

Понадобится время, чтобы изучить влияние каждого климатического фактора на возникновение лесных пожаров 2019-2020 годов. Однако одно ясно уже сейчас: если не произойдет глобального снижения выбросов парниковых газов, температура на планете продолжит расти, а значит, возникнет риск, что катастрофические лесные пожары станут для Австралии «новой нормой».


Перевод с английского Дмитрия Иванова
Оригинал статьи в The Conversation

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.