Один из самых интересных археологических объектов в мире находится в центральной Турции: это холм Чатал-Хююк (его название переводится как «раздвоенный» или «двуглавый» холм, курган). На холме расположено большое неолитическое поселение, жители которого девять тысяч лет назад умели охотиться и выращивать злаки, строить дома и украшать стены сложными рисунками и впечатляющими рельефами. На примере Чатал-Хююка отрабатывались и отрабатываются многочисленные теории и практические методы исследования в археологии. На примере Чатал-Хююка разбиваются клише, накопившиеся в популярной науке за последние сто лет. Последняя яркая находка сделана там летом текущего года: это статуэтка очень толстой женщины с большим животом и отвисшей грудью. «Неолитическая Венера?» — спросили журналисты. «Нет», — ответил руководитель экспедиции Иэн Ходдер, по совместительству — крупнейший теоретик археологии нашего времени.


Мегаполис эпохи неолита

Холм Чатал-Хююк расположен в 50 километрах к юго-востоку от города Конья в центральной Анатолии. Раннее неолитическое поселение занимало восточную часть холма, позднее — западную. Площадь интересующего нас восточного «протогорода» составляла 13,5 гектара, в нем одновременно проживало от 3000 до 8000 человек (это очень много по меркам неолита). Поселение существовало примерно между 7400 и 6000 годами до н.э. В принятой для Ближнего Востока хронологии Чатал-Хююк относится к позднему докерамическому неолиту (PPNC, Pre-Pottery Neolithic C) и раннему керамическому неолиту (PN). Стратиграфически Чатал-Хююк подразделяется на 18 слоев.

Дома в Чатал-Хююке строили из сырцового кирпича и дерева, здания стояли вплотную друг к другу; в поселении не было улиц: очевидно, внутрь домов попадали через крыши. Жители украшали стены домов росписями и лепными рельефами. Покойников хоронили внутри домов под специально построенными платформами. Нередки повторные перезахоронения, причем черепа отделяли от скелетов и переносили в другие дома.

Древние жители Чатал-Хююка регулярно ели зерна нескольких видов пшеницы (в т.ч. однозернянки Triticum monococcum и двузернянки Triticum dicoccum), чечевицу, горох, вику, клубнекамыш (Bolboschoenus maritimus), желуди, фисташки, сливы. Они употребляли в пищу мясо коз и овец, охотились на туров (Bos primigenius), оленей и кабанов, гусей и уток. Среди наземных хищников особо выделяли леопардов: существует большой корпус изображений этих кошачьих, часто парами, среди воздушных — стервятников.

Обитатели Чатал-Хююка умели ткать, плести корзины и циновки, обрабатывать обсидиан, из которого делались не только ножи и наконечники, но и зеркала. К использованию глины для изготовления посуды они пришли не сразу: сначала они додумались до плетеных сосудов, в которые бросали нагретые в очаге глиняные шарики, а уже потом начали лепить горшки.

Джеймс Меллаарт раскапывал Чатал-Хююк очень быстро: 160 зданий за четыре сезона. Нынешняя экспедиция во главе с Иэном Ходдером работает уже 23 сезона и раскопала вдвое меньше домов. И это всего пять процентов общей площади поселения.


Изобилие и опыт

Сами по себе статуэтки гипертрофированно пышных женщин — не редкость в Чатал-Хююке. За годы раскопок их нашли около сорока. Однако находка 2016 года — каменная, в отличие от большинства прочих, сделанных из глины. По мнению Ходдера, детально проработанная фигурка, скорее всего, представляет собой изображение пожилой женщины, достигшей высокого социального статуса. Найдена статуэтка в характерном для Чатал-Хююка контексте — под платформой внутри жилого дома: в этом поселении так часто хоронили покойников. Примечательно, что рядом со статуэткой лежал кусок обсидиана, важного для Чатал-Хююка материала. Ходдер не исключает, что фигурка и камень были помещены вместе с символической целью.

Wikimedia Commons

Если читателю когда-нибудь доводилось рассматривать фотографии находок из Чатал-Хююка или сами артефакты (они хранятся в Анкаре, в Музее анатолийских цивилизаций), то он наверняка запомнил статуэтку женщины: могучая особа восседает на троне, положив руки на головы крупных кошачьих. Между лодыжками женщины лежит объект, который часто интерпретируют как только что рожденного ребенка. Голова у статуэтки отсутствовала, как и голова одной из кошек: в музее фигурка выставлена в реконструированном виде. Сходство между находками 2016 и 1961 годов несомненно. Но, подчеркнул Иэн Ходдер, изображение сидящей женщины было извлечено из хозяйственной ямы. В одной из книг о Чатал-Хююке археолог писал, что не исключено, что сидящую статуэтку поместили в место для отбросов нарочно, а голову у нее отбили или сняли преднамеренно: в поселении находили специальные «захоронения» глиняных голов, снятых с женских фигурок. Каменная же фигурка была целенаправленно уложена под платформу в полной сохранности.

Первооткрыватель Чатал-Хююка Джеймс Меллаарт, ведший раскопки на холме в первой половине 1960-х, был убежден в том, что изображения пышных женщин — это символ продолжения жизни, божество деторождения, Великая мать и т.д. Современные археологи и антропологи, работающие с Ходдером, не согласны с предположением Мелаарта. Так, Линн Мескелл из Стэнфордского университета вместе с Кэролин Накамура опубликовала статью под названием «Оформленные тела: формы и фигуры в Чатал-Хююке» («Articulate Bodies: Forms and Figures at Çatalhöyük»). В этой работе исследовательницы обращают внимание на то, что статуэтки из Чатал-Хююка совсем не выглядят женщинами детородного возраста: наоборот, это сплошь немолодые, оплывшие, чрезвычайно дородные дамы. Возможно, эти изображения — «визуальная метафора» изобилия, долголетия и опыта.

Иэн Ходдер утверждает, что ни в Турции, ни в Леванте, где расположены современные Чатал-Хююку поселения, не встречаются изображения женщин в роли матерей. Также археолог отмечает, что если в Чатал-Хююке кого-то и почитали как дух или божество, то животных — леопардов, стервятников, туров (диких быков). К статуэткам людей относились, скорее, как к покойникам: их хоронили и перезахоранивали. Таким образом, заключает исследователь, человеческие фигурки, вероятно, представляют старейших и уважаемых жителей общины, и статуэтка, найденная в 2016 году, — из их числа. Почему она сделана из другого материала и уложена под платформу, присыпанная слоями чистого песка и глины, пока не вполне понятно. Может быть, останки женщины, которую изображает фигурка, не удалось похоронить по всем правилам и пришлось погребать каменное подобие.

Работу Ходдера в Чатал-Хююке отличает осторожность и намеренный отказ от стереотипов. Он интерпретирует очень мелкие детали, уделяя особое внимание отношению человека с материальным миром. Только после того, как описание объекта и его контекста доведено до логического предела, тогда можно приниматься за обобщения и гипотезы об устройстве духовного мира неолитических жителей Чатал-Хююка. И от этого история странного поселения на двойном холме оказывается еще увлекательнее.

Юлия Штутина

Библиография

Hodder, Ian. The Leopard's Tale: Revealing the Mysteries of Çatalhöyük. — London: Thames & Hudson, 2006.

Hodder, Ian. Religion in the Emergence of Civilization: Çatalhöyük as a Case Study. — Cambridge: Cambridge University Press, 2010.

Zohary, Daniel, et al. Domestication of Plants in the Old World (4th ed.). — Oxford: Oxford University Press, 2013.

О проблемах современной теоретической археологии, в частности, о вкладе Иэна Ходдера подробно пишет Л.С. Клейн во «Введении в теоретическую археологию. Книга I. Метаархеология» (СПб.: Бельведер, 2004).







Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.