Манн, Иванов и Фербер

Научно-популярные книгоиздатели

«Принципы экономики. Классическое руководство»: Основы экономики на примерах из жизни

Уловить суть новостей, рассказывающих о событиях в экономике, бывает непросто. Однако понимать, что стало причиной тех или иных событий и насколько серьезными могут быть последствия, может быть полезно. Американский экономист Томас Соуэлл уверен, что разобраться в теории и начать понимать новости легче, чем кажется — достаточно избавиться от профессионального жаргона, графиков и уравнений. В книге «Принципы экономики. Классическое руководство» (издательство «Манн, Иванов и Фербер»), переведенной на русский язык Евгением Поникаровым, он объясняет основы экономической науки на реальных примерах из жизни разных стран. Предлагаем вам ознакомиться с фрагментом, посвященным статистике безработицы.

Особые проблемы на рынке труда

Содействие экономическому равенству и борьба с бедностью — вещи разные и часто противоречащие друг другу.
Питер Томас Бауэр, британский экономист

Хотя экономические принципы, лежащие в основе распределения рабочей силы, фундаментально не отличаются от принципов, лежащих в основе распределения материальных ресурсов, не так-то просто рассматривать труд и оплату за него так же, как, скажем, цены на железную руду или пшеницу. Кроме того, нас волнуют условия, в которых трудятся люди, но не волнуют условия работы машины или обработки сырья, за исключением тех случаев, когда эти условия затрагивают людей.

Другие проблемы, возникающие в сфере труда и не рассматривающиеся среди неодушевленных факторов производства, включают гарантии занятости, переговоры о коллективном договоре, лицензирование профессиональной деятельности и вопрос о том, эксплуатируется ли труд в любом из значений этого слова. Статистика, измеряющая происходящее на рынках труда, также демонстрирует определенные проблемы, которых не касается статистика неодушевленных факторов производства. Один из примеров — уровень безработицы.

Статистика безработицы

Уровень безработицы — очень важный статистический показатель здоровья экономики и общества. Именно поэтому необходимо понимать ограничения этого показателя. У людей, в отличие от неодушевленных факторов производства, есть воля и право выбора, поэтому многие предпочитают не работать в определенное время и в определенном месте — например, студенты, пенсионеры или домохозяйки, которые трудятся дома, заботясь о своих семьях, но не получают заработную плату ни у одного работодателя. Детей, не достигших установленного законом возраста, вообще запрещено нанимать на оплачиваемую работу. Те же люди, которые официально считаются безработными, включаются в рабочую силу, ищут работу, но не могут найти. Пациенты больниц, военнослужащие и заключенные не считаются рабочей силой.

Хотя статистика безработицы весьма ценна, она может вводить в заблуждение, если не учитывать ее определения. Уровень безработицы основан на процентной доле людей, входящих в состав рабочей силы, но неработающих. Однако решение людей относительного того, работать им в данный момент или нет, лишает данные о безработице определенной доли объективности и ставит их в зависимость от выбора, который люди делают в различных странах и условиях по-разному.

Хотя предполагается, что уровень безработицы показывает, какая доля людей в рабочей силе работает и какая нет, иногда этот показатель снижается, притом что число безработных растет. Причина в продолжительной рецессии или депрессии, которые могут привести к тому, что после долгих бесплодных усилий люди перестают искать работу. И поскольку они больше не входят в состав рабочей силы, их отток снизит уровень безработицы, даже если доля людей без работы не изменится вообще.

В начале спада в американской экономике на заре XXI века уровень безработицы в стране вырос до чуть более 10 процентов, а затем начал падать по мере того, как все больше людей прекращали поиски работы и выбывали из состава рабочей силы. В результате уровень участия в рабочей силе* снизился до показателя, не наблюдавшегося десятилетиями. Хотя некоторые рассматривали это как успех государственной политики, значительная часть такого уменьшения приходится на людей, которые просто отказались от поисков работы и жили на средства, предоставляемые различными государственными программами. Например, с середины 2009-го и до начала 2013 года свыше 3,7 миллиона человек перешли на государственное пособие по нетрудоспособности — «самый быстрый рост за всю историю», по словам Investor’s Business Daily.

*Иначе — уровень участия в составе рабочей силы, доля рабочей силы, коэффициент участия в рабочей силе. Это доля трудоспособного населения, которое активно на рынке труда (работает или ищет работу). Прим. пер.

Чтобы не полагаться исключительно на показатель уровня безработицы, можно рассмотреть альтернативный способ ее измерения: какая доля взрослого населения за пределами определенных институтов (колледжей, армии, больниц, тюрем и прочих) работает. Это позволяет избежать проблемы с тем, что люди, которые бросили искать работу, не считаются безработными, хотя они были бы рады ее получить, если бы видели хоть малейший шанс ее найти. В первой половине 2010 года, например, уровень безработицы стабильно держался на отметке 9,5 процента, но доля неинституционального взрослого населения**, имеющего работу, продолжала уменьшаться. Это сокращение стало самым значительным за полвека. Поскольку многие люди отказывались искать работу, официальный рост уровня безработицы сдерживался, отражая трудности с поиском вакансий.

**Институциональное население — люди, не достигшие трудоспособного возраста, находящиеся в больницах, тюрьмах, на пенсии и так далее. Неинституциональное население — все остальные. Прим. пер.

При сравнении разных стран все существенно усложняется. Так, журнал The Economist обнаружил, что в Исландии работает 80 процентов мужского населения в возрасте от 15 до 64 лет, в то время как во Франции — меньше 70 процентов. Такие различия объясняются множеством причин. От страны к стране меняется не только количество людей, поступающих в колледжи, но и легкость или сложность получения государственных пособий, что влияет на число людей, которые не видят необходимости работать, искать работу или соглашаться на должности, которые не соответствуют их квалификации и ожиданиям.

Несмотря на многолетний высокий уровень безработицы во Франции, французская статистика, как правило, занижает количество неработающих взрослых. Дело в том, что развитая система социального обеспечения в стране облегчает пожилым людям выход из состава трудоспособного населения, а уровень безработицы как раз зависит от численности рабочей силы. Именно поэтому во Франции работает всего 37 процентов граждан в возрасте от 55 до 64 лет, в то время как, к примеру, в соседней Швейцарии — более 70 процентов людей из этой группы.

Дело в том, что, хотя люди, предпочитающие не искать работу, не работают, их не классифицируют автоматически как безработных. По этой причине статистические данные об уровне занятости и уровне безработицы необязательно движутся в противоположных направлениях. Оба показателя могут одновременно расти и падать в зависимости от того, насколько легко (или трудно) людям жить без работы. Пособие по безработице — один из очевидных способов прожить какое-то время не работая. Срок и сумма выплат в разных странах отличаются. Согласно журналу The Economist, в Соединенных Штатах выплачивается «меньше денег меньшее время меньшей доле безработных» по сравнению с другими промышленными странами. Верно также и то, что безработные американцы тратят больше времени на поиски работы (в пересчете на день) — в четыре с лишним раза больше, чем безработные в Германии, Великобритании или Швеции.

«Даже через пять лет после потери работы уволенный норвежский сотрудник может рассчитывать на получение почти трех четвертей того, что зарабатывал», — отмечает The Economist. Некоторые другие западные страны практически так же щедры в первый год после потери работы: Испания, Франция, Швеция и Германия выплачивают безработному более 60 процентов суммы, которую он получал бы на работе, хотя только в Бельгии такая щедрость сохраняется в течение пяти лет. В США пособие по безработице обычно заканчивается через год, хотя иногда Конгресс его продлевает.

Существуют различные виды безработицы, и простое указание количества безработных ничего вам не скажет о том, какие именно виды преобладают в настоящее время. Есть, скажем, фрикционная безработица, которая отражает затраты времени на поиск работы. Людей, окончивших школу или колледж, не всегда ждет конкретная работа, и не всегда им удается найти ее в первый же день. Таким образом, одновременно остаются и незаполненные вакансии, и безработные люди, которые ищут работу, но требуется какое-то время, чтобы работодатели и работники друг друга нашли. Если представить экономику как большую сложную машину, то всегда будет наблюдаться определенная потеря эффективности из-за такой социальной версии внутреннего трения***. Вот почему уровень безработицы никогда не бывает в точности нулевым — даже в годы бума, когда работодатели с трудом находят людей для заполнения вакансий.

***Фрикционный — от англ. friction («трение»). Прим. пер.

Такую временную безработицу следует отличать от долговременной. Страны разнятся по продолжительности безработицы. Исследование, проведенное Организацией экономического сотрудничества и развития, показало, что доля людей, не работающих в течение года и более, составляет 9 процентов числа всех безработных в США, 23 процента — в Великобритании, 48 процентов — в Германии и 59 процентов — в Италии. В общем, даже разница между уровнем безработицы в США и Европе в целом занижает степень вероятности найти работу. По иронии судьбы именно в странах со строгими законами о гарантиях занятости, например в Германии, найти новую работу труднее всего. Меньшее число вариантов трудоустройства в таких странах часто выражается в меньшем количестве отработанных часов за год, а также в более высоком уровне безработицы и более длительных ее периодах.

Одна из форм безработицы, которая давно вызывала политические эмоции и привела к экономическим заблуждениям, — это технологическая безработица. Практически каждая технологическая инновация лишает кого-то работы. В этом нет ничего нового.

В 1829 году французский портной Бартелеми Тимонье, давно одержимый этой идеей, запатентовал и усовершенствовал швейную машину. Когда восемьдесят его машин стали шить униформу для французской армии, парижские портные, встревоженные угрозой их работе, разбили технику и изгнали Тимонье из города.

Такая реакция была характерна не только для Франции. В XIX веке в Британии люди, называвшие себя луддитами, разрушали машины, осознав, что промышленная революция угрожает их занятости. Противодействие технологической эффективности (как и другим видам эффективности — от новых методов организации до международной торговли) часто сосредоточивалось на том, как она влияет на сохранение рабочих мест. Это практически всегда краткосрочные последствия для конкретных работников без учета влияния на потребителей или работников из других отраслей.

Например, взлет автомобильной промышленности, вне сомнений, обусловил колоссальное уменьшение занятости среди тех, кто выращивал лошадей или изготавливал седла, подковы, хлысты, конные экипажи и прочее снаряжение, связанное с этим видом транспорта. Однако это не были чистые потери рабочих мест, поскольку автомобилестроению и отраслям, производящим бензин и аккумуляторы, а также предоставляющим услуги по ремонту машин требовалось огромное количество рабочих. Это же касается других секторов экономики, обслуживающих водителей, — мотелей, ресторанов быстрого питания и торговых центров в пригородах.


Подробнее читайте:
Соуэлл, Томас. Принципы экономики. Классическое руководство / Томас Соуэлл ; пер. с англ. Евгения Поникарова. — Москва: Манн, Иванов и Фербер, 2022. — 672 с. — (Популярная экономика).

Ранее в этом блоге

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.