Результаты получены в рандомизированных испытаниях
Шведские исследователи провели рандомизированные клинические испытания и выяснили, что антидепрессант флуоксетин и антагонист опиоидных рецепторов налтрексон обладают сопоставимой эффективностью при компульсивном сексуальном расстройстве. Отчет об испытаниях опубликован в журнале BMJ Mental Health.
Компульсивное сексуальное расстройство характеризуется интенсивным зацикливанием на сексуальных фантазиях и действиях и невозможностью контролировать соответствующие импульсы в течение как минимум полугода. Это часто связано с негативными последствиями для здоровья, отношений и правопорядка, что приводит к выраженным стрессовым переживаниям и нарушениям различных сфер функционирования. В качестве первой линии помощи применяют психотерапию, при ее неэффективности добавляют фармакотерапию, доказательных данных по которой, особенно сравнительных, недостаточно.
Джозефина Савард (Josephine Savard) из Каролинского института и ее коллеги провели открытые рандомизированные испытания второй фазы Cesar. В них приняли участие 79 взрослых (средний возраст 36,51 года, одна женщина) с подтвержденным компульсивным сексуальным расстройством (средняя продолжительность 15,74 года) без тяжелых физических, психических и связанных с употреблением веществ расстройств. 76 процентов участников находились в стабильных отношениях, 58 процентов идентифицировали себя как исключительно гетеросексуальных.
Медианная тяжесть симптомов заболевания в течение двух недель перед началом лечения по шкале текущей оценки гиперсексуальных расстройств (HD:CAS) составила 14 баллов. 64 процента участников сообщили об одиночных и неодиночных проблемных сексуальных действиях, 40 процентов — о парафилических интересах, 13 процентов соответствовали критериям как минимум одного парафилического расстройства. У 64 процентов были признаки текущего или прошедшего психиатрического заболевания, наиболее часто — депрессии и прошедшего расстройства, связанного с употреблением веществ.
Случайным образом 39 участникам назначили флуоксетин в стартовой суточной дозе 20 миллиграмм, а остальным 40 — налтрексон в стартовой суточной дозе 25 миллиграмм с возможностью дальнейшего повышения на протяжении восьми недель, за которыми следовали шесть недель наблюдения без приема препарата. К концу лечения 18 участников принимали по 40 миллиграмм флуоксетина и 39 — 50 миллиграмм налоксона, приверженность лечению составила соответственно 97,7 и 94,2 процента.
Симптомы заболевания по HD:CAS значительно уменьшились в обеих группах, в степени этого уменьшения значимых различий между группами не было (β2 = -0,58; p = 0,48). При приеме флуоксетина среднее снижение к шестой и восьмой неделям составило 5,40 и 7,10 балла (p = 0,02 и p = 0,001), после отмены тяжесть статистически незначимо возросла на 3,23 балла (p = 0,40). В случае приема налтрексона снижение составило 7,90 и 8,45 балла (для обоих p < 0,001), после отмены тяжесть статистически значимо возросла на 2,68 балла (p = 0,006).
Двум пациентам флуоксетин отменили из-за побочных эффектов (сыпь и повышение уровня печеночных ферментов). Четыре участника из группы флуоксетина и шесть из группы налтрексона прекратили участие без значимых различий между группами (p = 0,53). Как минимум один побочный эффект наблюдался у 95 и 93 процентов участников соответственно. При использовании флуоксетина чаще встречались снижение либидо, задержка эякуляции и утомляемость, а налтрексона — снижение либидо, утомляемость и тошнота.
По два пациента из каждой группы возобновили прием до окончания шести недель наблюдения из-за усиления симптомов. Включая них, 13 пациентов из группы флуоксетина и 14 — налтрексона выразили желание продолжить лечение после окончания испытаний, по девять — не выразили его и по 11 — были не уверены. Значимых различий в желании продолжать между группами не оказалось (p = 0,99). Таким образом, профили эффективности и безопасности препаратов оказались сопоставимыми.
Ранее британские исследователи показали, что нейробиологические механизмы компульсивного поведения схожи у здоровых людей и пациентов с обсессивно-компульсивным расстройством и связаны с балансом нейромедиаторов глутамата и ГАМК в дополнительной моторной коре мозга.