«Выживает самый дружелюбный»

В природе наиболее приспособленный — далеко не всегда самый большой, сильный и агрессивный. Но зачастую люди думают именно так и используют это, чтобы оправдывать несправедливость и жестокость по отношению к другим. В книге «Выживает самый дружелюбный. Почему женщины выбирают добродушных мужчин, молодежь избегает агрессии и другие парадоксы, которые помогут узнать себя лучше» (издательство «Бомбора»), переведенной на русский язык Евгенией Бирюзовой, профессор эволюционной антропологии Брайан Хэйр и антрополог Ванесса Вудс рассказывают, почему на самом деле наиболее выгодная стратегия выживания — это сотрудничество и сочувствие друг к другу. Предлагаем вам ознакомиться с фрагментом, посвященным тому, как наши внешние признаки могут привлекать или отталкивать и что происходило с людьми в результате отбора по принципу дружелюбия.

Печать одомашнивания на наших лицах

Отбор по принципу дружелюбия вызывает физические изменения у одомашненных животных. Если люди подверглись самопроизвольному одомашниванию, то аналогичные изменения должны были проявиться у наших предков. У дружелюбных лис отбор по принципу их поведения вызвал гормональные изменения во время развития. В свою очередь, эти гормоны повлияли на то, какими выросли эти лисы.

На самом деле существуют гормоны, которые регулируют внешность и поведение человека. По мере взросления длину вашего лица и надбровных дуг формирует тестостерон. Чем больше у нас тестостерона в пубертатный период, тем толще надбровные дуги и крупнее лицо. У мужчин чаще, чем у женщин, встречаются густые нависающие брови и крупные лица36, 37, поэтому мы относим эти черты к маскулинности.

Тестостерон выполняет в нашем организме много функций, начиная с запуска пубертатного периода и заканчивая выработкой эритроцитов. Но самую большую известность он приобрел как пусковой механизм агрессии. Непосредственно тестостерон не вызывает людскую агрессию. Люди, чей уровень тестостерона повышается искусственно, не становятся агрессивнее, хотя с некоторыми животными это происходит. Но уровень тестостерона и его взаимодействие с другими гормонами действительно модулируют агрессивные реакции во время конкуренции38. Противоположный эффект наблюдается у мужчин, состоящих в долгосрочных любовных отношениях или имеющих детей-младенцев. Верные мужья и отцы имеют сниженный уровень тестостерона, что настраивает их скорее на заботу, чем на конкурирование или враждебное поведение39.

Существует доказательство того, что женщины подсознательно расценивают мужчин с признаками маскулинности на лице как менее честных, неспособных договариваться и неверных40, а также считают их плохими отцами41. Согласно экспериментальным данным, мужчины тоже подсознательно определяют силу оппонента, просто взглянув на его лицо и оценив признаки маскулинности42. Это помогает читать лица из далекого прошлого. И благодаря тому, что существует связь между поведением и физическим внешним видом, мы можем поискать отпечаток физических изменений в ископаемых, чтобы отследить происходившие в прошлом поведенческие перемены.

Помните, мы прогнозировали, что начало отбора по принципу дружелюбия началось как минимум 80 тысяч лет назад, до взрывного роста нашей популяции и улучшения технологий? Чтобы отработать эту гипотезу, мы могли сравнить человеческие черепа до и после этого времени. Дружелюбное поведение характерно для молодежи. Если наша гипотеза была верна, мы бы увидели более моложавые лица у наших недавних предков. Эти более дружелюбные лица могут быть признаком того, что люди были в состоянии развить тонкие навыки кооперативной коммуникации, которая обеспечила возможность быстрого роста населения и технологий43.

Чтобы проверить нашу гипотезу, Стив Черчилль и его студент Боб Сеири проанализировали проекции надбровных дуг и овал лица 1421 черепа, включая 13 черепов среднего плейстоцена (200 000–90 000 лет назад) и 41 череп позднего плейстоцена (38 000–10 000 лет назад)34. Чтобы измерить ширину и высоту лиц, использовали расстояние от щеки до щеки и от кончика носа до верхней точки зубов. Чтобы измерить надбровные дуги, изучали, насколько выпуклой и поднятой над глазами была надбровная кость. Разница была потрясающей. Самым заметным визуальным изменением стали надбровные дуги. В среднем выпуклость надбровных дуг черепов позднего плейстоцена сократилась на 40 процентов. Лица позднего плейстоцена были на 10 процентов ниже и на 5 процентов уже, чем у более древних черепов среднего плейстоцена. Притом что этот паттерн был вариативен, продолжалась тенденция: лица современных охотников-собирателей и земледельцев были еще более моложавыми, чем у их предков из позднего плейстоцена*.

*

Не только ископаемые лица несли на себе отпечаток дружелюбия44. В нашем исследовании было задействовано несколько черепов, взятых из человеческих останков в Каповой пещере в Израиле. Пока мы сравнивали их надбровные дуги и высоту лица, палеонтолог Эмма Нельсон45 провела замеры их пальцев. Как и у всех приматов, у человеческих матерей с высоким уровнем андрогенов во время беременности рождались младенцы, безымянный палец которых был длиннее указательного. Это порождает низкое соотношение 2D:4D, которое мы наблюдали у шимпанзе в сравнении с бонобо. Для мужчин соотношение 2D:4D (безымянный длиннее указательного) было более типичным, чем для женщин, поэтому мы называем его маскулинным. Как у людей, так и у животных более выраженный паттерн маскулинности 2D:4D связан с повышенной тягой к риску и потенциальной агрессией.

Нельсон выявила, что соотношение 2D:4D в среднем плейстоцене было ниже, или более маскулинным, чем у современных людей, что предполагает более высокий уровень андрогенов внутри утробы. Также Нельсон продемонстрировала, что соотношение 2D:4D четырех неандертальцев было самым маскулинным. Отсюда напрашивался вывод, что наше феминизированное соотношение 2D:4D не распространялось на других людей. Оно проявилось позже, как и женственность в наших лицах.

Еще одним признаком одомашнивания животных является небольшой мозг. В среднем мозг одомашненных животных примерно на 15 процентов меньше, чем у их диких собратьев46. Меньший мозг помещается в меньшем черепе, поэтому, если с нами произошло самопроизвольное одомашнивание, мы будем находить более мелкие черепа в ископаемых более современных периодов.

Когда Стив и Боб сравнили размеры ископаемых черепов, они нашли доказательство тому, что наши черепа (и, следовательно, абсолютный размер мозга) давали усадку на протяжении последних 20 тысяч лет — в период наших величайших интеллектуальных достижений. Рассматривая размер тела в общем, Стив и Боб выявили сокращение емкости черепа на 5 процентов за 10 тысяч лет до земледелия и затем, когда земледелие обрело популярность47.

У одомашненных животных усадку мозга, скорее всего, дает серотонин. Увеличение объема серотонина — первое изменение, наблюдаемое нами по мере того, как одомашненное животное теряет агрессивность48. Также существуют доказательства, что у млекопитающих серотонин задействован в развитии черепа.

Воздействие серотонина окажется знакомым всем, кто употреблял экстази. Его активный ингредиент — МДМА (3,4-метилендиоксиметамфетамин), который увеличивает объем серотонина. МДМА выбрасывает в мозг примерно 80 процентов серотонина, хранящегося в теле, и предотвращает его реабсорбцию в мозг. Те, кто пробовал наркотик, описывают переполняющее чувство дружелюбия и желание обнять всех, кто попадается на глаза.

К сожалению, употребляющие знакомы также с дефицитом серотонина, потому что МДМА предотвращает его дальнейшее производство. Выброс всего серотонина мозга в субботу приводит обычно к «суицидальному вторнику». Люди, принимающие экстази, утверждают, что ощущают больше агрессии — в том числе агрессивнее участвуют в экономических играх, — и это продолжается несколько дней после употребления49. Нарушение уровня серотонина также связано с жестокими преступлениями, импульсивными поджогами и расстройствами личности50.

Селективные ингибиторы обратного захвата серотонина, или СИОЗС, являются антидепрессантами, которые предотвращают реабсорбцию серотонина в мозг, позволяя большему объему серотонина плавать вокруг рецепторов. Опыты показывают, что люди, принимающие циталопрам, проявляют усиленное стремление к кооперации и нежелание причинять вред окружающим51, 52.

И вот здесь становится интересно. У женщин, принимающих циталопрам, есть вероятность появления на свет младенцев с меньшим размером черепа53. У беременных мышей, которым давали циталопрам, родилось потомство с более короткими и узкими мордочками, а черепа имели сферическую форму54. Серотонин не просто меняет поведение — если во время раннего развития выделяется больше серотонина, это сказывается на морфологии черепа и лица55.

Наш мозг и череп не просто дали усадку в сравнении с другими видами людей — у нас поменялась форма черепа. У всех других видов черепа имели низкий плоский лоб и тяжелые кости. Голова неандертальца напоминала футбольный мяч. Голова Homo erectus походила на буханку хлеба для сэндвичей. Только у нас череп выглядел как шарик, что антропологи называют сферической формой56, 57. Эта форма указывает на возможное увеличение количества серотонина во время нашего развития. Как у одомашненных животных и детей, развивавшихся под воздействием циталопрама, наши черепа уменьшились в размере и, как у мышей, принимавших циталопрам, приобрели округлую форму. Судя по ископаемым, эти изменения начались после того, как мы отделились от общего с неандертальцами предка58, 59.

Итак, печать одомашнивания лежала на наших лицах, пальцах и черепах, но что насчет фирменного знака одомашнивания — пигментации? В течение многих поколений у дружелюбных лис Беляева все чаще на лбу попадались крошечные рыжие и белые звездочки, а также черно-белые пятна. У многих бонобо отсутствует пигмент на губах и под хвостом.

Если не считать случайных аномалий, таких как пиебалдизм и витилиго, у людей, как правило, довольно однородный цвет кожи. Однако есть часть тела, где пигментация очевидна. Только у людей и одомашненных животных зрачки бывают разных цветов независимо от пола или возраста60. Цветная радужка становится видимой, потому что она отображается на фоне уникального белого полотна — склеры. Склера белого цвета, потому что в ней отсутствует пигмент.

У шимпанзе, бонобо и других приматов вырабатывается пигмент, который затемняет склеру, и она сливается с радужкой. Этот завуалированный контраст мешает увидеть, куда они смотрят.

Мы единственные приматы, у которых есть белая склера. Также наши глаза имеют миндалевидную форму, что делает склеру более заметной и позволяет другим улавливать даже малейшее движение глаз. В какой-то момент мы прекратили прятать глаза и начали выставлять их напоказ61.

Подробнее читайте:
Хэйр, Б. Выживает самый дружелюбный. Почему женщины выбирают добродушных мужчин, молодежь избегает агрессии и другие парадоксы, которые помогут узнать себя лучше / Брайан Хэйр, Ванесса Вудс ; [перевод с английского Евгенией Бирюзовой] — Москва: Эксмо, 2022. — 288 с.