Птицы? Пьяные? Где?

Московская пресса с середины пятницы рассказывает поразительные истории о пьяных птицах на улицах города. Заголовки один другого краше: «Москвичей попросили бережно относиться к пьяным птицам», «Москвичей попросили оставить в покое пьяных птиц», «Москву одолели пернатые алкоголики». Источник всего этого великолепия — уже удаленная запись в фейсбуке Биологического музея имени Тимирязева, где якобы было написано, что в Москве из-за перепада температур забродили ягоды рябины и «пьяные свиристели валяются на земле. Иногда перед этим устроив пьяные потасовки с хохлатыми сородичами». Редакция N + 1 решила спросить орнитологов, похожи ли на правду эти истории.

Старший научный сотрудник Государственного биологического музея имени Тимирязева Антон Иванов говорит, что слышит такие истории не первый раз. «Если говорить об этом профессионально, то больше всего смущает, как это преподносится — что Москву наводнили пьяные свиристели, снегири и другие птицы. Мне бы очень хотелось это увидеть, но я ни разу не видел».

Действительно, каждую зиму в Москве появляются кочующие птицы, питающиеся преимущественно ягодами, — свиристели, дрозды-рябинники и иногда снегири. Стайки этих птиц кормятся на рябине, на диких яблонях. «Но такого эффекта, чтоб они падали, лежали, я не встречал», — отмечает ученый.

Комментируя сообщения о том, что «печень птиц не может перерабатывать алкоголь», он отметил, что спирт — промежуточное вещество в цикле расщепления глюкозы, и в организме и людей, и птиц, и многих других животных спирт присутствует всегда, и всегда есть фермент, который его расщепляет — алкогольдегидрогеназа. Теоретически, птицы могут пьянеть, наевшись забродивших ягод, но поскольку они постоянно кормятся ягодами, то физиологически у птиц переработка спирта с помощью алкогольдегидрогеназы происходит более интенсивно — то есть они меньше пьянеют.

Старший научный сотрудник Зоомузея МГУ, орнитолог Ольга Волцит считает, что такая картина, если она и наблюдалась, может не иметь ничего общего с опьянением: «Когда птицы съедают много холодных ягод на морозе, у них сильно падает скорость метаболизма — когда набит желудок холодным, они впадают в оцепенение и падают в снег. А потом ягоды у них внутри согреваются, перевариваются, и они „оживают“. Наверное, такое и происходило, то есть они не пьяные, а просто переохладились».

Кроме того, ученых удивляет предположение, что ягоды вдруг начали бродить в декабре. «На деревьях рябина не забродившая, она только подсыхает, а не бродит», — говорит Волцит.

«Когда мы просто оставляем ягоды, там тоже идет процесс брожения, там появляются бактерии, перерабатывающие этот сахар. Но для этого процесса нужны высокие температуры, а здесь про пьяных птиц все время рассказывают зимой», — удивляется Иванов.

Он не исключает, что птицы иногда ведут себя странно, например сталкиваются со зданиями, но не из-за опьянения, а просто в силу того, что птицы откочевали в город и оказались в незнакомой местности. «В городах они иногда сталкиваются со стеклянными зданиями, врезаются в окна, у нас в музее есть чучела, сделанные из птиц, которые разбились так. Но массово это точно не происходит», — говорит орнитолог.

«Вопрос воздействия алкоголя на птиц интересный. Допускать такое явление можно, и, возможно, кто-то действительно это видел, но на „кто-то где-то слышал“ опираться нельзя, это необходимо проверять — к сожалению, я таких исследований не знаю», — заключил Иванов.